Герой – род мужской, число единственное

Девушка закатила глаза так, что остались видны лишь белки глаз, и память сразу же безжалостно принесла мне воспоминание о глашатае в Некриторисе. Но я не стал задерживать на нём внимание.

– Постарайся меня слушать, – тревожно заговорил я, обнимая девушку. – Вместе мы справимся. Давай я помогу тебе? Ты меня слышишь?

Одновременно со словами я, как мог, вмешивался в сложный запутанный процесс. Мне ни разу не доводилось видеть «пересменок» хранителей миров и тем более принимать в нём участие, но я предполагал, что такому всё равно не учат ни в одной из магической школ.

А потому действовал интуитивно и рассчитывал, что моё понимание хоть в чём-то верно.

– Ты меня слышишь, девочка моя?

– Да.

Голос был совсем слабый. Тело Элдри мелко дрожало и горело.

– Замкни здесь, куда я подвожу.

– Не могу. Сложно.

– Ты справишься.

– У меня не получается!

«Так чего ты, дура, тогда вообще за это взялась?!» – едва не выкрикнул в бессильной злобе я, но… мог ли я? Я ведь желал спасти мою девочку.

– У тебя получится. Отпусти вот эту часть и станет легче. Разорви связи.

– Не могу.

– Разрывай!

– Люди. Люди погибнут!

Да и насрать! Ты останешься жива! Ты!

– Либо погибнут эти, либо погибнут все. Разрывай.

Она всхлипнула, но я едва это понял. У меня уже не получалось удерживать Элдри стоя. Я сел на пол, что беспрерывно потряхивало от мелких землетрясений, и, сохраняя целостность дворца своими собственными силами, уместил девушку в объятиях словно маленького ребёнка.

… Зачем я только занялся её энергоканалами? Без этого, у неё даже не получилось бы попробовать занять место Арнео!

– Всё равно не получается замкнуть.

Мне никак, Морьяр. Никак!

– Я рядом, я тебе помогаю, – действия требовали от меня невероятных затрат энергии. Я уже отдал почти всё, что собрал благодаря големам. – Давай. Теперь должно быть проще.

– Нет. Мне никак! Никак! – зарыдала в голос она.

Мне было понятно, что так и до истерики не далеко, а с ней Элдри утратила бы контроль над происходящим.

Поэтому я мягко поцеловал девушку в лоб и, с ужасом глядя какое пятно крови обозначилось в её ногах, побледнел ещё больше. Но всё равно собрался с силами и уверенно прошептал.

– Успокойся. Ты справишься. Ты же моя умница, ты моя девочка. Давай же. Отпусти ещё какую-нибудь часть, а там замкни и запусти ход сердечника.

– Не могу!

– Можешь. Отпускай!

– Нет! Не-е-е-ет!!!

Она всё же отпустила. И действительно смогла замкнуть на себе контур.