Хозяин Острова

Опрятные прохожие шутливо шептались, искоса посматривая на неё – девушку в порванной грязной одежде. От усталости и ушибов ноги слегка прихрамывали. Саднящие колени и ладони неприятно зудели. Однако, упрямо стиснув зубы, не отвлекаясь ни на что и ни на кого, Инга ровным шагом направилась в номер. Ей только пришлось остановиться у стойки с администратором, чтобы взять ключ от номера. Старик с удивительно яркими голубыми глазами и несвойственной островитянам загорелой кожей с любопытством посмотрел на свою чумазую постоялицу, но ничего не произнёс.

Она зашла в маленькую прихожую и закрыла на замок дверь за собой. Зеркало шкафа отразило взъерошенную, грязную и испуганную женщину в простеньком сером платье. В руке она по-прежнему держала кинжал. Совсем забыла про него, а никто не напомнил убрать. Да и не отнял. Отражение настолько противоречило обычной Инге, что она улыбнулась самой себе и даже нервно хихикнула. После чего девушка положила ставшее ненужным оружие на комод, сняла с себя одежду и оттолкнула лохмотья ногой в сторону.

Затем плавно открыла дверь в ванную и с подозрением заглянула внутрь.

Наверное, после приключения на небесных островах ей предстояло ещё долгое время так осторожничать!

Помещение выглядело обыденно и ничем не собиралось пугать, так что Инге пришлось закончить со своей паранойей, вдохнуть воздух как можно глубже и всё-таки принять душ. Она тщательно смыла с себя грязь и дважды вымыла волосы, чтобы избавиться от гадкого липкого ощущения.

Это удалось. Прохладные струи принесли облегчение, создавая впечатление, что события дня являлись всего лишь плохим сном.

Увы, это была лишь попытка сознания избавиться от тревожных воспоминаний. Открыв шкаф, с благоразумно развешанной вчерашним вечером одеждой, и надев подвернувшееся коктейльное платье в горошек, Инга начала обход. Она была настолько сбита с толку событиями, что нисколько не подумала о том, что странно стучать в двери номеров коллег, будучи одетой в такой наряд.

Платье надевалось просто, а потому ничто у неё в голове не шевельнулось. Кроме того, мысли девушки занимала отнюдь не одежда, а надежда. Рушащаяся на корню надежда. Никто из коллег не отозвался, а потому ей пришлось на ватных ногах вернуться к себе. Она снова тщательно закрыла за собой дверь на замок, после чего кинула ключи на сидение плетёного стула. Затем сняла обувь и нацепила на ступни домашние тапочки. Торшер неожиданно замерцал.

Девушка вздрогнула.