Хозяин Острова

После чего перерыв в двадцать четыре часа, и снова график повторялся. Так что если уезжать не послезавтра, а завтра, то рейс был бы вечерним. У неё получалось посвятить день расследованию и при этом схитрить, согласно намеченному с мужем плану. Всего?то надо своевременно прибыть в гостиницу за вещами и, поменяв билет, отправиться в путь.

«За вещами», – вдруг обмерла Инга.

Если ей не хотелось привлекать внимание прогулкой по городу с чемоданом, то следовало действовать иначе…

Словно параноик Инга решительно разобрала только что собранный чемодан и аккуратно развесила вещи обратно по вешалкам.

Как было раньше. Она решила, что возьмёт на корабль только дорожную сумку и, сложив в неё самое необходимое, девушка осталась довольна. Бог с ними, с вещами! Дело наживное, в конце концов. Переживёт и Владыка Остор изумление от её сумасбродного решения. Но лучше так, чем отплывать на корабле, что заведомо обречён, например, на крушение по причине некой технической неисправности.

Закончив с перекладыванием одежды с места на место, Инга вымоталась настолько, что её бессонница отступила.

Девушка сладко зевнула, но, прежде чем лечь в постель, достала пузырёк с таблетками валерьянки и приняла парочку, запив их стаканом воды.

– Уж в эту ночь я буду спать спокойно, – решила она.

И да, Инга действительно спала спокойным сном без сновидений, покуда не проснулась посреди ночи от того, что ей отчего-то стало очень холодно. Инга поёжилась и осмотрелась. Кружевные занавески развевались на ветру, позволяя увидеть ясное небо с россыпью бриллиантовых звёзд и ярким диском почти полной луны.

Окно как-то открылось само собой, отсюда и жуткий холод.

Понимая, что согреться под тонким одеялом не удастся, Инга вынужденно встала, чтобы закрыть сей источник свежести и прохлады. Она протянула руки к ручке окна, но тут же отдёрнула их. Собственные ладони показались ей очень бледными и неестественно синими в ночном свете. Инга встревожено подошла к правому комоду, над которым висело частично завешанное плотным тюлем зеркало.

Освещение было слабым по сравнению с дневным, но его хватило, чтобы в ужасе отпрянуть от собственного отражения. Кожа выглядела мертвенно синей, и что-то не так было с лицом.

Инга заставила себя снова подойти ближе и наклонилась к зеркалу. Левый глаз. Его радужная оболочка стала похожа на застывший клей или сгусток паутины. Зрачок отсутствовал, но зрению это не мешало.

– Да что же это? – взвизгнула она от ужаса.