Большой переполох в семье Синичкиных

Старшего брата его звали Егором, ему исполнилось 17 лет, и он уехал поступать в Москву на экономический факультет известного ВУЗа. Перед отъездом он оставил некую вещь, находившуюся в коробочке, и попросил Женьку за ней присмотреть. Женька в противоположность от Альки был рассеянным донельзя. Все, что попадало в руки Женьки, тотчас терялось. Он терял ключи, деньги, телефоны оставлял в самых неожиданных местах, которые потом находил уже в самом плохом виде или не находил совсем. Женька был «ботаником», хорошо учился, физику и химию знал на отлично, математические примеры с множеством чисел решал в уме.

Алька очень ценила его умственные способности и никому в классе не давала его в обиду, за что тот просто надышаться на нее не мог.

Но в жизни Женька был беспомощным. Яичница у него всегда подгорала, он сжег три чайника в доме, пока не купили электрический. Кроме того, Женька плохо видел, и, когда терял очки, не мог найти вообще ничего. Зная его эту особенность, было удивительным, что Егор оставил ценную коробочку брату.

Егор был суровым человеком и брату не прощал ничего.

Боясь потерять вещь брата, Женька обратился к Альке, когда та еще не уехала на Алтай. Моя сестра сразу же согласилась помочь и надежно спрятала ценность.

– Женька, привет, – позвонил ему брат. – Ко мне должен через десять дней приехать Ленька, мой друг, отдай ему ту коробочку, что я тебе оставлял. Я, как и думал, не смогу приехать, с ним повидаться. Тут, оказывается, проблема заселиться в общежитие, надо ждать, пока будут выезжать выпускники, потом надо делать ремонт комнаты, и только потом заселиться.

Да, как я и предполагал, мои результаты ЕГЭ всех впечатлили, мне не нужно будет сдавать ничего дополнительно. Женя, ты меня слушаешь?

А Женька в это время «боролся» с овсяной кашей, которую варил себе на завтрак. Он налил мало воды, желая потом долить молока, чтобы было повкуснее, но забыл и теперь не понимал, почему та подгорает. Держа в одной руке телефон, он другой пытался при помощи полотенца отодвинуть кастрюльку на другую конфорку.

Полотенце сдвинулось, он обжегся, и тут до него дошло, что надо налить молока. Он оставил кашу на конфорке и полез в холодильник. Каша продолжила подгорать. Молоко надо было распечатать, но одной рукой это было делать неудобно. Тогда Женька положил телефон на стол, распечатал пакет молока и долил в кашу. Та радостно запыхтела и продолжила вариться. Тут Женька вспомнил, что не положил соли и сахара, и стал судорожно вспоминать, где они лежат.