Мир после меня

– Да я сейчас твою наглую рожу в кровь разобью!

Выглядел спарринг уже как настоящая ссора, а потому собрал зрителей. Но, по правде, не только громкие яростные слова привлекли их внимание. Сражались мужчины достойно. Оба были мастерами. А потому на такой бой стоило и глянуть.

– А давай так, Денис? Если я тебя сделаю, то ты с Насти слезешь. А нет, так действительно заткнусь про тебя и неё.

– Замётано!

Они наносили друг другу удар за ударом, но теперь, по прошествии времени, стало заметно, что Макс двигается продуманнее своего противника.

Однако в какой-то момент фортуна отвернулась и от такого профессионала, как он. Денис повалил друга на мат и, прижимая коленом горло, зло спросил:

– Сдаёшься?

Макс промолчал, и нажим на его шею усилился.

– Сдаёшься?!

– Да, – всё-таки хрипло ответил мужчина и, ощутив свободу, откашлялся. – Нехило ты меня.

– Нехило, – согласился Денис и дружелюбно усмехнулся. – Что? Получил, брат, по первое число?

– Кажется, мне повезло, что ночью я встретил не тебя, а «питона».

Слова и улыбка сделали своё дело. Подполковник Левицкий протянул поверженному противнику ладонь, помогая подняться. Макс принял помощь и дружески пожал руку друга. Зрители начали расходиться.

– Посмотрим, как ты своё слово сдержишь. Рот закрыть тебе надолго придётся, – довольным голосом заметил подполковник и, начиная стягивать с себя защиту, спросил. – Кстати, Настю без приключений до дома довёз?

– Да.

– В хорошем месте она живёт. Мне нравится набережная Смоленки. Вода рядом и тихо.

Макс задумчиво наклонил голову набок. Он прекрасно помнил, что именно по этому адресу Денис и говорил доставить девушку. И он бы туда её и повёз, но какое-то шестое чувство заставило его спросить, где ей лучше выйти. А дальше сомнения Насти о том, куда ехать, решили дело. Маршрут изменился. И пока варились пельмени, Макс успел изучить обстановку двухкомнатной квартиры. Мария Сергеевна, желая узнать о госте побольше, отправила дочку в подъезд проверять пришла ли квитанция на квартплату, а сама гостеприимно показала ему своё жильё, состоящее из родительской спальни и комнаты дочери.

В последней стояла не только детская кроватка, но было ещё и очень много девичьих вещей. Комната дышала жизнью, и было видно, что она обжита.

Девушка не жила на острове Декабристов. И Денис почему-то этого не знал.

– Мне тоже та местность нравится.