Рукопись несбывшихся ожиданий. Поступление

Читать ты не умеешь, – усомнился доктор, и вид его стал ещё недовольнее. Про такую проделку любящего уйти в запой аптекаря он пока ещё ничего не ведал.

– Не умею. Но он мне, когда на баночки показывал, сразу названия говорил. Я эти названия запомнила и те символы, которыми они подписаны, тоже запомнила.

– А, вон оно как. Значит, сама по себе у тебя память хорошая, получается?

– Очень хорошая. Поэтому, если надо, то читать я научусь быстро… Понимаете, оно даже как-то само собой у меня получается.

Я уже знаю, что если такой символ вижу, – тут я изобразила пальцем в воздухе, что имею в виду, – то это иногда как «э», а иногда как «о» читается. А вот такое либо как «к», либо как «ш».

– Хм, верно. Молодец.

– Я всё смогу, доктор Адамс, всё сделаю. Только прошу, не выгоняйте меня. Пожалуйста!

Мужчина с сочувствием посмотрел на расплакавшуюся меня, а затем сухо сказал:

– Пошли, пройдёмся до моего кабинета.

Я испугалась этих его слов. Мне почудилось, что в кабинете меня уже ждут те, кто заберёт меня не пойми куда и заставит заниматься непосильным трудом.

И потому ногами я едва перебирала.

– Не выгоняйте меня, – сквозь слёзы только и могла лепетать я и от переизбытка эмоций даже коснулась руки доктора. Руку он не отдёрнул, но внимательно на меня посмотрел. От этого взгляда я сразу смутилась. Что-то мне в тёмных глазах доктора Адамса не понравилось.

Между тем мы вошли в кабинет. Само собой он был просто обставлен, всё же провинциальный лазарет для бедняков не тоже самое, что какая-нибудь столичная больница.

Но крепкий стул для посетителей здесь имелся, и я на него села, затаив дыхание.

– Знаешь, Счастливица, есть у меня для тебя вариант от проблемы твоей избавиться.

– Какой вариант?

– Я сегодня принимал роды у Милы Свон. Слыхала про Милу Свон?

– Да, про неё сиделки много толковали. Что не стоило бы её вам вообще принимать, – тихо призналась я, не решаясь озвучить самое главное.

«Тьфу, о шлюхе заботиться! Виданое ли дело? Подумаешь подохнет или выблядка своего потеряет. Зато нашими мужиками, курва такая, крутить не станет!» – вспомнились мне бессердечные слова.

– Она умерла и некому даже тело забрать, чтобы похоронить эту женщину по?человечески, в земле. Но последнее нам не впервой, – кисло улыбнулся доктор Адамс. – Поэтому, как всегда, на телегу и в соседний Ноттенг в крематорий.