Рукопись несбывшихся ожиданий. Поступление

И особенно неприятно ему сделалось от обстоятельства, что аристократов на площади уже порядочно собралось. Они могли услышать слова наглой девки, и если сейчас он не поступил бы достойно, то с ним бы даже здороваться перестали.

Антуан вновь обернулся. При этом, к своему удовольствию, первым делом он увидел не гордо задравшую подбородок Милу Свон, а округлившиеся глаза мужчин, среди которых она стояла. Страх в их взглядах подбодрил его.

– Какая-то безродная девка считает, что смеет меня оскорблять? – холодно осведомился он так, чтобы угроза явственно слышалась в его голосе.

В ответ Мила напоказ улыбнулась, но… промолчала. Ей хватило выдержки не нарушать напрямую закон, запрещающий столь вольные речи по отношению к аристократам, на личности она переходить не стала. Вот только из-за её улыбки злость буквально заклокотала в виконте. Стерпеть такую наглость Антуан уже не мог, а потому, сделав несколько резких шагов вперёд, остановился прямо перед нахалкой.

– Радуйтесь, что вы не мужчина.

Мужчину я бы за такое хамство убил.

– Ну, хоть в чём-то родители вас воспитали, – несмотря на промелькнувший в её взгляде страх, с вызовом ответила Мила.

Антуан тут же ощутил острое желание соединить руки на тонкой шее так, чтобы из этого горла более никогда не вырвалось ни звука. И испытываемое им желание оказалось столь сильным, что он едва сдержался. Встряхнув ладонью, молодой аристократ всего лишь наотмашь ударил наглую девицу по лицу.

Не будь Мила такой хрупкой и тощей, она отделалась бы, что говорится, «лёгким испугом».

Что такое ещё один синяк для бродяжки? Тем более, Мила знала на что шла, когда открывала рот. Не впервые она огребала из?за своей гордости и несдержанности. Однако несмотря на то, что лорд бил её далеко не так, как ударил бы мужчину, она всё равно не устояла на ногах и упала.

– Знай своё место, тварь.

Антуан оказался настолько доволен результатом, что даже криво приподнял левый уголок рта в недостойной его происхождения усмешке.

Он чувствовал себя победителем, чувствовал, что разрешил крайне неприятный конфликт так, как ему положено закончиться. Вон, всё же валяется наглая девка у его ног. Сейчас ещё и захнычет, зарыдает, как полагается.

Увы, зря Антуан рассчитывал на такое. Он не знал, что своими словами наступил на больную мозоль Милы. От сказанного девушку аж затрясло, и она, начиная подниматься на ноги, сказала полным злости голосом:

– Правы вы, господин хороший. Я тварь.