Сага о розах. Книга первая

Мы вместе скроемся от глаз мерзавца и…

– Я вижу лишь разлуку! Ты ведаешь прекрасно, что скрыться нам вдвоём сама судьба мешает. Не ты ли говорил, что не отступится коварный зверь и станет вслед лететь за нами?

– Да, говорил. Но я дерзну. Богами благославлён был мой союз с тобой. И что зовёшь, краса моя, судьбой, то люди создают своими лишь делами.

– Клыки его похожи на ножи.

– Так разве я боюсь, пронзённым быть клыками? Есть жало у меня, смотри.

Мой милый Ортольд руку возложил на рукоять меча.

И знала я, что выхвати его из ножен он, как биться сгоряча ему придётся с целой сотней. Как храбр он. Как смел! Наверное, из-за того сдалось ему так быстро моё сердце… Вот только ни один смертный герой не справится с тем негодяем мерзким, что возжелал украсть невесту, считай что, с её свадебного ложа.

От трепета мурашками покрылась кожа, и вместе с тем решилась я на шаг отчаянный. Последний. Прильнув к любимому, как будто в просьбе ласки, я с пояса его сорвала нож! По телу тут же пробежала дрожь.

Но, как возможно то, отрезала ножом я косу, а после, словно розу в дар, и волос свой любимому отдала.

– Раз жрец не завершил наш свадебный обряд, так я его отныне завершаю! Теперь жена тебе я до последних дней твоих, но волею богов взамен ты мне за то одно желание должен.

– Нет, Омико. Молчи! – всё понял милый Ортольд, страшась, что вопреки традиции не попрошу я сына.

– Мне горько от того, что ждёт тебя кончина.

Останься в свадебный наш день живым, о муж мой. Уходи!

– Не будь ты женщина, так вызвал бы на бой тебя. Меня лишили чести!

– Зато ты будешь жив.

– Да что мне с этой лести?

Но после муж, немного присмирев, к себе прижал подарок, что сделал наш союз святым и завершённым.

– Отныне быть мне дважды оскорблённым, но стану, Омико, с тобой искать я встречи всё равно. Ты та, которую люблю. И пусть запрещено, пойду я за тобой на острова драконов.

– Лишь поцелуй уверит меня в том, что справишься ты со своим обетом.

– Смотри, я алой розой Гилбертов клянусь, что в преисподнюю спущусь, но будет час и под небесным светом с любимой снова я соединюсь.

– Клянёшься?

– Да, душа моя. Клянусь!

Я верила ему, хотя предчувствовала горе. Судьба готовила, что вскоре я в поцелуе страстном не с мужем, а с истинным чудовищем сольюсь…

Из сказаний «Последние дни миров»

Часть первая.