Сага о розах. Книга третья

То есть, если бы среди нас мог появиться кто-то совсем бесталанный или, напротив, с возможностями сильного мага, то мы бы избежали клейма волшебных существ. Но что поделать? Все драконы ограничены общим потолком возможностей. Кроме того, кое-что для нас вообще недоступно. Вот, для примера, та же телепатия.

– Это когда общаются мыслями на расстоянии? – припомнила я.

– Да, – Заррах довольно поглядел на меня и, сделав пару глотков воды, поставил стакан обратно. – Для драконов это направление закрыто, хотя в той или иной степени им может овладеть представитель любой разумной расы.

Некоторым далёким от волшебства людям вообще достаточно всего-то сосредоточенно подумать о ком-то, чтобы донести до него свою тревогу или желание встретиться. Драконы так не умеют. Во всяком случае, не умеют до ритуала избрания.

– Эм-м? – промычала я, настаивая таким незамысловатым способом на подробностях. Мне ведь было прекрасно известно, что передо мной тот, кто этот самый ритуал прошёл.

– Драконы отдают часть своей силы Ключу, когда достигают первой зрелости. Но ещё часть они отдают своему владыке, и это… привносит свои изменения, – хитровато улыбнулся Заррах и, вальяжно ложась на диван с ногами, уставился в потолок. – Я сейчас не только намного сильнее каждого из стаи, мой голос в любой момент может прозвучать в мыслях любого, к кому мне захочется обратиться. Прежний владыка Шеррах любил так давать свои указания.

– А ты?

– Честно, Омико? Как-то я нервничаю, – поворачивая голову ко мне, признался муж.

 – Эта связь односторонняя, и мне до сих пор кажется, что ничего у меня не получается. Хотя я уже пробовал, проверял и проблем нет. Проблема сидит у меня в голове. Мне это непривычно и всё тут. Когда я общался с прелатом, тут хотя бы диалог был. Это не так на игру воображения походило.

Мне никак не думалось, что от подобных слов меня может накрыть волной нежности, но это было так. Я ведь не только в очередной раз поняла, что моему мужу несмотря на показную уверенность ничто человеческое вовсе не чуждо.

Нет. То, что он признался передо мной в своём страхе, говорило об испытываемом ко мне доверии.

Заррах больше не считал меня чужой.

– Пожалуй, беда в том, что мне никак не поверить в свои новые возможности. Я ведь, хм, маг-теоретик, – между тем рассуждал ничего не знающий о моих эмоциях супруг с самым серьёзным выражением лица.