Сага о розах. Книга третья

В ней лежали кресало и ещё несколько пустяковых мелочей. Ничего занимательного или блестящего. Так что по итогу Заррах повертел в руках тёмно?серую маску и, подумав, решил оставить её себе в качестве сувенира.

«Будет хорошо смотреться рядом с мечом», – хмыкнул про себя дракон и, спалив лишнее, пошёл дальше, постоянно принюхиваясь. Скудность найденных пожитков надоумила его на то, что не всё своё имущество подлый червяк с собой прихватил. Кое-что он припрятал, и то, другое, тоже следовало уничтожить. Нечего всякому мусору на землях владыки драконов валяться и тем первозданную чистоту природы нарушать.

***

– Сабрина, – всё никак не могла отпустить руки сестры Омико.

Девушки сидели на одном диване, но продолжали прижиматься друг к другу, как если бы их могли разлучить в любой момент. Нынче помыслить было невозможно, что некогда обе они могли ссориться так, что не общались целыми днями.

– Мне самой не верится.

– Да, не верю, что ты здесь.

– Это всё Арен, он украл меня у Снерша! – Сабрина тихо хихикнула.

 – Он лучший вор на свете. Правда! Жаль, что у меня никогда не получится тебя с ним познакомить.

– Ты думаешь он ещё жив? – с беспокойством спросила я. История Арена мне уже была известна.

– Не думаю, что его серьёзно накажут. Не должны. Скорее всего он в тюрьме, а из тюрьмы он выберется. Ты бы видела, Омико, как молниеносно он вскрыл тот замок на кухне! У него такие ловкие руки.

На миг сестра запнулась, но я видела каким огоньком загорелись её глаза.

Она восхищалась Ареном не только потому, что он спас её.

– Да ты никак влюбилась, солнышко, – в изумлении прошептала я.

– Влюбилась? В вора? – напоказ скривилась Сабрина. – Да у него за душой только легенда о подвигах его предков. Что бы он мог мне предложить? Скитания по подворотням? Нет, Омико, я не такой судьбы для себя хочу. Он, конечно, милый, с ним интересно, но это только полезное знакомство. Ничего более.

Последние слова были сказаны столь категорично, как если бы Сабрина пыталась убедить саму себя, а не меня.

Но настаивать на честности я не стала. Мне ведь тоже не захотелось правдиво отвечать на её последующий вопрос.

– Омико, я вижу, что твой муж перестал быть тебе противен. Выходит, ты забыла милорда Гилберта?

– Нет, я не забываю о нём ни единой минуты, – мгновенно солгала я.

Увы, Ортольд всё чаще казался мне только неким видением. Мы были слишком мало вместе, чтобы вышло как-то иначе.