Владыка Острова

Красноволосая девушка, казалось же, этого не заметила, а потому он решил не акцентировать её внимание на нежданной встрече, а лишь, едва сравнялся с Тийритэ, из правил приличия тихо буркнул:

– Спасибо. И тебе дня хорошего.

Увы, Тийритэ этого оказалось мало. Она ухватила его за рукав, чтобы остановить и сказать ещё что-то, но он выдернул свою руку и уже безо всякой вежливости процедил:

– Я сейчас занят.

Тийритэ выглядела крайне недовольно, но ему было не до объяснений. Красноволосая девушка ступила с моста на землю и, оборачиваясь, спросила:

– Куда теперь, Владыка Риевир?

– Прямо идём.

Он указал рукой в нужном направлении и ускорил шаг. Однако, не удержался и обернулся на ходу. Тийритэ продолжала стоять на том же месте, как будто до этого никуда не собиралась идти. Её поза говорила об откровенном возмущении.

«И чего она только?» – успел вскользь подумать он, прежде чем его мысли вернулись к другой девушке.

Вести странную девицу в кафе Риевир давно передумал. В его голове сформировалось некое предположение, пока не имеющее окончательного словесного выражения, но оно послужило причиной тому, что он пошёл напролом к Небесной Галерее.

Риевир был так сосредоточен на своих мыслях, что едва вспомнил, что следует продолжать «беззаботную» беседу.

– Хм, а отчего тебе так Инга интересна?

– Из-за этого, – девушка снова показала свою ладонь, и он мягко напомнил:

– Такое мне не прочитать, я уже говорил.

– Ты, наверное, как Пророк. Он знает все-все древние руны, но на обычном языке писала для него всегда я.

Ему почему-то не нравилась обычная письменность. Ты поэтому грамоте не научился?

– Именно, – не стал разубеждать её он, и девушка, подумав, продолжила:

– На моей ладони написано имя. Один человек сказал мне, что оно моё истинное имя. Не помню, где и когда это было, да и кем он был, но на тот момент это была правда. Очень важная правда. А теперь она утратила смысл. И всё же мне до сих пор почему-то тяжело стереть имя «Инга» с ладони.

Приходит ощущение вины.

– М-да, – недовольно промычал Риевир, не зная, как иначе сдержать все те горячие слова, что так хотели сорваться с его языка. – Вину чувствует она.

– Разрыв действительно изменил основы, – нахмурилась девушка, как если бы не распознала сарказм, а затем даже разозлилась отчего-то. – Я могу перечить, могу решать за себя, могу испытывать…

– Дай мне руку! – сурово потребовал он, перебивая.

Они уже подошли к Небесной Галерее.