Бриллиантовое ожерелье

Очень даже хорошо запомнила.

Сама мысль провести всё лето 1870 года в курортном городке на море показалась мне великолепной. И я даже охотно прислушалась бы к совету отца, который всё время повторял:

– Оставайтесь тут ещё, если хотите. Нет никакой нужды возвращаться в Париж!

Но дело в том, что мама как раз предпочитала жить в городе. А мне осенью предстояло идти в школу… если бы не события этого лета – лета, которое всё изменило, мало того – целиком и полностью перевернуло всю мою жизнь.

* * *

Дорога к морю оказалась ужасной.

И дело не в карете, которую отец нанял, не считаясь с расходами, как всегда впрочем, когда надо было позаботиться обо мне или маме. Это была поистине королевская карета: запряжённая четырьмя чёрными лошадьми, с кучером в цилиндре на облучке и обшитыми китайским шёлком подушками на сиденьях.

Но шесть часов в дороге под пристальными взглядами мамы и мистера Нельсона показались мне бесконечными.

Мистер Нельсон, Гораций, чернокожий, служил дворецким в доме нашей семьи Адлер.

Очень высокого роста, очень молчаливый и вечно беспокоившийся, как бы я чего не натворила.

Большинство наших слуг уехало к морю неделей раньше, чтобы подготовить дом, где предстояло провести лето, и нас в дороге сопровождал только мистер Нельсон.

Он не спускал с меня глаз.

И всякий раз повторял:

– Наверное, это не тот случай, мисс Ирэн, когда стоит это делать.

Должно быть, ещё и поэтому я улизнула от него при первой же возможности и направилась вверх по обдуваемой ветром тропинке к бастионам Сен-Мало.

Жить нам предстояло в двухэтажной вилле, небольшой, но очень уютной, со световым фонарём на крыше и с окнами, которые англичане называют эркерами – выпуклыми, а я с детства называла пузатыми.

Рядом с виллой пролегала тенистая аллея из глициний, а ползучий плющ затянул весь фасад дома. Мама сказала:

– О, небо, значит, тут будет полно животных.

И я не сразу поняла, что она имеет в виду.

Поняла через несколько дней, когда на ночь оставила в комнате открытые окна, а утром увидела на полу извивающегося ужа.

– Наверное, это не тот случай, мисс, когда стоит оставлять окна открытыми на ночь, – строго заметил мистер Нельсон, входя в комнату.

И взялся за каминную кочергу, но я тут же закричала:

– Даже и не думайте, мистер Гораций Нельсон!

Тогда он вздохнул, положил кочергу на место, ухватил змею за хвост и произнёс:

– Позвольте мне хотя бы отнести вашу гостью в сад.