Этого достаточно

Нет, не подумайте, это никакой не шедевр. Эта картина напомнила о лучшем времени в моей жизни. На ней была изображена морская вода. Бирюзовые, голубые и изумрудные изящные линии. И как мне удалось получить такой цвет? Какие-то мазки красок вернули меня назад. Даже и не заметила, как по щекам потекли слёзы.

Надо собираться. Кладу рисунки в рюкзак, но этот оставляю, чувствую, что так надо. Умываюсь, надеваю первое, что попадается под руку, и выбегаю из дома. Мне есть что рассказать психотерапевту, и мне снова нужна таблетка.

Глава 2

Зима. Какая разница, что происходит в это время года? Всё равно всё мёртвое, вокруг и в тебе. Люди на улице очень спешат, пытаются сильно не замёрзнуть и хотят только одного – побыстрей вернуться домой. Мечтают дотянуть до весны, считают дни и ждут, когда же эти ледники всё-таки растают. Я терпеть не могла зиму, но всегда считала, что она нужна нам. Это время, чтобы подумать, потерпеть. Кто ещё нас может научить терпению лучше, чем она? Сука зима.

Январские преимущественно тёмные дни протекали чудовищно медленно, особенно после каникул. Мне было двадцать три, и я находилась ещё в самом начале своего длинного и интересного пути – так считали почти все в моём возрасте, кто вот-вот собирался окончить универ. Отметка температуры за окном впервые за эту зиму дошла до минус пятнадцати, и, на первый взгляд, это была единственная для меня проблема. У меня было всё для беззаботной жизни. Мне завидовали многие сверстники, ведь я родилась в обеспеченной семье, училась в престижном месте, была талантлива и недурна собой.

В общем-то, счастлива, вот только улыбалась редко.

Мои родители – люди из так называемого высшего общества: папа – крупный бизнесмен, мама работала с фондами, занималась открытой благотворительностью и прочей псевдоблагородной ерундой, помогающей им сохранять престижное место в этом самом обществе. Быть предметом постоянных обсуждений – это всё, что им было нужно. Чужая зависть – вот что их интересовало больше всего.

Только вызывая её, они получали настоящее удовольствие. И в окружении вот таких вот людей я жила всю жизнь. Что для меня родительская любовь? Это деньги. Всё ещё завидуете мне?

Итак, всё, что я должна была делать – это не опозорить семью Полонских. А также, стараться изо всех сил прилежно учиться, чтобы им можно было похвастаться успехами их успешной дочери в её успешном деле перед всякими там богатенькими «ценителями искусства».