Я помню всё

Пусть это прекратиться! Не хочу быть очередным достоянием общественности, не хочу этих перешёптываний за спиной!

Злость поднялась в груди и затмила все остальные чувства. Я сильнее сжала руки, и – о, чудо – всё прекратилось. Точнее, голоса замолкли, и палата погрузилась в тишину. Меня тоже накрыло тёплой волной, и я отключилась.

Серия 3. События прошлого

В голове проносились одна за другой сотни картинок. Это было как смотреть фильм в 3D-кинотеатре: полное погружение в историю, отчего чувствуешь себя главным героем.

Но почему вместе с этим во мне крепло стойкое ощущение, что всё происходящее с той же самой маленькой девочкой случилось и со мной? Будто она – это я.

Вот огромная площадь, где шумно и людно. Торговцы завлекают покупателей, предлагают свой товар, весело щебечут две пожилые дамы, разглядывая блестящие наряды, между прохожими маневрирует детвора, каким-то чудом избегая столкновений с прохожими. На этом картинка сменяется другой.

Теперь я сама нахожусь посреди этой же площади, только атмосфера ощущается другая: тягучая, пропитанная вселенской скорбью.

От резкой смены настроения перехватывает дух, я не могу пошевелиться и не свожу взгляда от того, что разворачивается впереди меня. Люди в белых плащах зачитывают что-то на длинных листах, но слова я даже не пытаюсь различить. Вижу лишь их. Своих родителей.

Разряда тока будто бы прошёл через всё тело, и передо мной снова та самая комната из первого сна. Родители о чём-то тихо переговариваются, я же опять окружена игрушками, которые вовсе не интересны.

Куда любопытнее узнать, что же мама и папа скрывают от меня. Хочу спросить, да только догадываюсь, что идея изначально провальная.

Снова перемотка. Теперь она ускорилась в два раза. Сосредоточиться на чём-то одном стало тяжело, и я отдалась этому потоку, наполненному радостью и болью, успокоением и обидой. Длилось это тоже недолго. Стоило мне окончательно расслабится, как я будто мысленно оступилась и снова полетела в бездну.

Пробуждаться в этот раз было куда легче, чем в первый. Лишь во рту пересохло, но никакой рези в глазах или тяжесть в конечностях.

– Боже, она проснулась! Доченька, Сашенька, милая моя, ты слышишь меня? – раздалось совсем рядом, и я повернула голову, чтобы встретиться с обеспокоенным взглядом матери. Моей настоящей матери.

Наконец-то!

Но вместо радостных приветствий я прохрипела:

– Воды…

– Что? Воды? Сейчас-сейчас, – она засуетилась.