Железный ветер. Путь войны. Там, где горит земля (сборник)

Отец что-то продал, что-то ценное, из прошлой жизни, и все устроили мне праздник. Понимаете, я тогда просто не знал, что это такое – «праздник». И вот… Мне даже подарили подарок – три карандаша и несколько листов бумаги, не оберточной. Настоящей… Я неплохо рисовал.

Он замолчал, сделал глоток кофе.

– …Это был лучший день в моей жизни, – рассказывал Айвен. – Я был по-настоящему счастлив. Как будто открылась какая-то дверца, и я попал в совсем другой мир, счастливый и солнечный. Но… Но каждую минуту я помнил, что эта дверца скоро закроется.

Пройдет день, придет другой. И сказка закончится.

Он смотрел сквозь нее куда-то вдаль, захваченный в плен давно минувшим. Забытая папироска источала синий дымок, и Ютте казалось, что в танце его невесомых частиц вновь рождаются призрачные демоны прошлого.

– Прошло много времени, – продолжил он наконец. – У меня было много праздников и хороших воспоминаний, но я всегда помнил, что они преходящи. Когда я попал сюда… Ну, когда я приехал в Барнумбург и начал писать книги, все сложилось удивительно удачно.

Но…

Он посмотрел ей прямо в глаза.

– …Но мне все время кажется, что сказка вот-вот закончится. Пройдет день, праздник уйдет. И снова будет холодно, голодно и страшно. Как на следующий день после моего шестилетия.

Ютта слушала, против воли захваченная историей. Ей уже доводилось видеть в действии эту старую-старую уловку соблазнения – жалостливая сказка о трудном прошлом с легким, но вполне однозначным намеком на «пожалей и утешь меня».

Но Айвен жалости не просил.

– Ютта, вы мне понравились, очень. И я хотел бы пригласить вас куда-нибудь сегодня. Пожалуйста, подарите мне ваш вечер, без всяких обязательств. Для моей… сказки.

Она согласилась.

И это был хороший вечер, лучший в ее жизни. Стрелки часов исправно отмеряли ход времени, но этот вечер никак не кончался, словно сам старик Хронос милостиво позволил людям насладиться жизнью.

Они ходили по ярко освещенным улицам вечернего Барнумбурга, Айвен покупал ей мороженое и рассказывал разные смешные истории про своего старого друга Харитоныча, женатого на сварливой жене и любившего выпить.

Старики жили «как кошка с собакой», он постоянно прятал от нее «самогон», а она искала его «заначки», чтобы вылить. Но при этом они очень любили друг друга и умерли в один день.

Еще Айвен рассказывал про кота, который жил у него во дворе, лютого черного разбойника, ставшего ужасом окрестных домов, злостным убийцей домашней птицы.