В лесу

Осталось посмотреть, что спрятано в больших деревянных ящиках, чемоданы на стеллажах можно посмотреть и в другой раз. Я с полчаса искала в самолете, что-нибудь похожее на лом и только, выйдя наружу, я нашла в траве какую-то часть от самолета, которой можно было попытаться вскрыть доски у ящика.

Вернувшись к своей находке, я вставила в щель между досок свое орудие и попыталась надавить на рычаг, чтобы доска оторвалась, но у меня ни чего не получалось. Тогда я встала на рычаг ногами, держась за соседний ящик и начала на нем прыгать, гвозди вбитые в доску поддались, и она медленно с каждым новым прыжком на рычаге начала подниматься.

Доска со скрипом вылезла, я руками отогнула ее и она отпала. Под доской оказалась упаковочная серая, крафтовая бумага, которую я разрезала ножом и, оторвав кусок, заглянула, внутрь подсвечивая светодиодным брелком.

Внутри лежал большой горный велосипед с массивной рамой и толстыми шинами, как у мопеда. Второй ящик был один в один, как и вскрытый. Если у меня будет два велосипеда, то мы сможем сделать тележку и повезти маму.

Я кинулась на второй ящик и начала его вскрывать с особой жестокостью. Доски на нем оказались еще сильнее приколочены, мне пришлось искать себе новый инструмент, так как первый рычаг изогнулся и стал бесполезным в использовании. Еще полчаса поисков были потрачены мной на поиски, и я смогла найти двухметровый кусок трубы диаметром в пять сантиметров. Труба не пролазила в щели у ящика, но в нее можно было вставить рукоятку ножа, что я и сделала. Рычаг, был длинный, а лезвие ножа, прочным и, надавив на рычаг всем своим весом, я, со скрипом, раздавшимся по всему лесу, выдернула доску. Разрезав упаковочную бумагу, я увидела второй точно такой же велосипед.

Время подходило к вечеру, меня наверняка потеряла мама, забросив в рюкзак четыре рыбные консервы, и три, литровые, коробки яблочного сока я побежала к оврагу.

Я бежала изо всех сил, но с каждым моим шагом темнело, и к оврагу я добежала уже в темноте. Я прыгнула вниз и, запнувшись за ветку, скатилась лицом вниз.

– Ася! Где ты была? – спросила не своим голосом мама.

– Мама! Извини меня! Я не сориентировалась во времени! – заплакала я, видя бледное, испуганное лицо матери.

– Ася, ты поступила плохо! – тихо сказала мама и ее простые слова отхлестали меня плетью. Мне было так больно и стыдно, что слезы полились ручьем.

– Я принесла еды и ботинки Диме – тихо плача я высыпала содержимое рюкзака перед мамой.