В лесу

Вскоре он принес ей листья Иван-чая и малины, которые мама густо бросила в подложку с водой.

Когда вода стала закипать, она поняла, что у нас нет ни одной кружки или стаканчика. Я, лежа в углу поляны, там, где и оделась, лежала в костюме, содрогаясь от судорог, которые периодически меня навещали. Когда судорога уходила, меня бросало в жар. Мама на руках доползла до чемоданчика и начала перебирать поддоны с таблетками.

– Не верю, чтобы твой отец купил что-то без стакана! – только сказала она, улыбаясь, и тут же нашла стальной складной стакан.

Собрав его, она подползла к костру и вылила содержимое в стакан.

– Дима отнеси сестре, пусть пьет, постоянно, не останавливаясь, пока почки не отказали, а потом сразу нарви мне все тоже самое что до этого – она ругалась, и такого не было очень давно.

Перепуганный Дима принес мне стакан, который я не могла взять, потому что меня трясло. Руки вибрировали с амплитудой в несколько сантиметров.

– Мама ее трясет, она не может пить! – прокричал Дима.

Мама на руках полезла в мою сторону. Когда она доползла, она легла на меня сверху, остановив конвульсии и начала поить мне сваренный горячий чай.

– Дима нарви тех же листьев и положи у костра в подложку с водой – попросила мама. Дима стоял, как вкопанный и смотрел на трясущуюся меня.

– Быстро! Я сказала! – заорала мама. Диму, как пчела ужалила, и он побежал в кусты за сбором растений.

Мама расстегнула мне куртку и легла на меня, грея своим телом.

– Дурочка! Сколько ты в воде пробыла? – спросила она.

– Я не помню, но одну клепку я стерла – ответила я.

Мама отогрела меня и споила свой отвар, меня уже не било в конвульсиях и я смогла перебраться в шалаш, но от жара меня все равно трясло.

Мама достала дипломат с красным крестом и, достав оттуда таблетки, дала мне, после чего доползя до наших запасов, кинула мне пол литровую бутылку с водой.

Через полчаса я начала потеть, мне стало очень жарко, и мама снова сняла с меня костюм.

Эту ночь не спал никто, ни мама, ни испуганный Димка, ни я.

Когда жар спал, и я уже не потела, я уснула, мама уснула на моих ногах, а Дима залез в шалаш и лег рядом со мной, прижавшись ко мне всем телом, пытаясь согреть.

Судя по всему, у меня случилось переохлаждение. Бывают тепловые удары, но бывают и удары от холода.

День шестой

На следующий день я чувствовала себя прекрасно, и мамин напиток очень пришелся мне по душе.