В лесу

Уходить в лес не хотелось, как их обжитой квартиры, но маме нужна была помощь и вечером в свете костра я готовила инструменты и материалы, которыми буду завтра собирать карету для мамы.

Мошкара, которая донимала первые два дня, съев с нашей кожи остатки цивилизации, перестала беспокоить, редко когда комар или мошка начинали приставать, даже когда подмышками появлялись мокрые пятна.

Мы не страдали от голода или жажды, это место стал нашей обителью, но желание вернутся домой, присутствовало постоянно.

Я понимала, что маме нужна помощь врачей, но все же спросила: – Мама, а почему люди не живут в лесу, здесь ведь довольно хорошо?

– Ася, есть деревни, где люди действительно живут в лесу, только в домах, где есть все удобства – ответила мне мама.

– Мам, а давай когда нас спасут, мы переедем в деревню – предложила я.

Мама улыбнулась и, обняв меня, сказала: – Я подумаю об этом Ася.

Дима сидел рядом, и мама другой рукой прижимала его к себе.

Когда мы поужинали, разделив одну самолетную порцию на троих, не из экономии, а потому что мы наелись грибов.

Я продолжила готовиться к сборке конструкции из велосипедов и кресла.

Вечером вой волков стал сильней, лужа отступала очень быстро.

Я легла спать последняя, заканчивая свои приготовления и разрабатывая в голове пошаговую инструкцию по сбору кареты.

Сегодня было ясное небо, от множества ярких звезд и большой луны, ночью было не темно, вода от малейшего ветерка переливалась отблесками, а лес далеко просматривался в свете луны.

Мне снился странный сон, как будто я услышала красивую протяжную песню, звуки которой приносил ветерок со стороны лужи. Я не могла разобрать слова песни, но понимала, что язык, на котором она поется мне знаком. Четко понимая, что сплю и вижу сон, я, отогнав страх, решила прогуляться и посмотреть, кто так красиво поет в моих сновидениях. Выбравшись из шалаша, пытаясь не разбудить маму, я побрела по берегу нашего утекающего озерца, иногда проваливаясь по щиколотку в грязь.

Не обращая внимания на промокшие ноги и холодную воду, я брела по берегу, выбирая места, куда можно наступить босыми ногами, чтобы не встать на острые камни или корни.

Голоса, поющие песни, становились ближе, и часть слов становилось понятными. Пока я шла, одна плавная песня сменилась другой, такой же плавной и мелодичной. Женские голоса пели, на древнерусском языке, песню о потерянной любви.