Эовин. Пробуждение охотницы

Почему преследования начались именно сейчас?

– Наверное, случайно попали под горячую руку, вот и все, – отмахнулся Торстан.

– Я не верю в такие совпадения, – возразила Эовин и снова зашагала вперед. Она старалась говорить тихо, чтобы их беседу в гулких туннелях никто случайно не услышал. – Стражников заранее предупредили о нас. Мы попались им не случайно.

– Так вы считаете, их целью изначально был Торстан? – встревожился Харад.

Эовин пожала плечами. Она пока знала очень мало и не могла сделать определенный вывод.

– Кому известно о том, что он здесь?

– Никому! – возразил Харад. – Кроме разве что его матери, но даже она не в курсе всех подробностей. Не знает ни имени, под которым он здесь, ни его здешнего адреса.

Эовин сузила глаза. Это звучало слишком даже для нее. Прямо паранойя какая-то.

– Почему?

– Письма могут легко перехватить. Мы не хотели рисковать.

– Тогда как же вы общаетесь? – Эовин помнила, что мать Торстана попросила сына приехать домой.

– Что ж… вы ведь знаете, как Ксинда поддерживает связь с большими городами?

– Да, конечно.

Квессам, как и другие города и веси, нашел очень эффективный, хотя и довольно жестокий способ решить проблему связи. Им удалось приручить гарпий, обитающих в горах Тяньч, чтобы те доставляли почту в заранее отведенные места. Насколько знала Эовин, почту разносили только самки, которые откладывали яйца, поскольку они очень хотели поскорее добраться до своих птенцов. Самки-почтальоны должны были приносить потомство каждые три года, а птенцов затем разделяли, часть оставалась в Квессаме, часть перевозили в один из пунктов назначения.

– И она вам отвечает так же?

– Нет. В самых крайних случаях я получаю это. – С этими словами он вытащил из кармана серебряный диск, по размеру чуть меньше, чем ладонь Эовин. На лицевой стороне был выбит странный символ.

– Это что, руна? – Она наклонилась ближе, чтобы в тусклом свете лучше рассмотреть диск.

– Да. С ее помощью можно передавать короткие сообщения.

Эовин перевернула диск. С обратной стороны оказалось выцарапано: «Мне это не нравится. Возвращайся домой». Больше ничего, ни приветствия, ни имени.

– А вдруг это подделка?

– Исключено, – возразил Харад, но голос его звучал не слишком уверенно, – у матери Торстана точно такая же руна.

– Но ее могли украсть. Или с самой матерью случилось что-то нехорошее.

Торстан шумно вдохнул.