В неправильном лесу. Откуда у жабы мёд?

Сначала мне приносили, чтобы я их не чинил, а дырявил. Только я отказался: мои лапы на такое неспособны. Так они нашли охотниц среди мышей, в обмен на самые крупные шишки.

Кое-что лисе стало понятно, и теперь она отыскала жабу на её самой любимой цветочной поляне.

– Не буду я больше никого гнать. Натерпелась страху. Два дня назад пыталась прогнать двух мышек, так они меня чуть не загрызли. Бегают туда-сюда, все цветы истоптали. Вон уже тропинка от их беготни образовалась, – пожаловалась жаба.

Лисица рассказанной истории так обрадовалась, что даже чмокнула рассказчицу в скользкую щеку перед тем, как отправиться по мышиной тропинке.

Тропинка привела ко входу в заброшенную барсучью нору под корнями старой осины. Из норы пахло прелыми грибами и мышами. Лиса притаилась поблизости, за кустиком, и стала ждать. Вскоре появились две мышки: несли, ухватившись за концы, палочку с нанизанными на неё кусочками грибных шляпок….

– Мы же не знали. Не хотим мусорить по всему лесу, вот и относим в одно место, – оправдывались мышки, когда лиса объяснила подружкам, отчего заболели комары: они отравились шишками с этой самой осины.

А шишки на осине отравились грибным ядом, впитавшимся в землю под её корнями во время дождя.

Отменить моду сложно, пожалуй, даже невозможно. Только не в лесу, где есть такая умная лисица. Её и так бы послушались, и всё же лиса не стала командовать, а подсказала новое увлечение для модников.

Теперь у всех древолазов, любителей наряжаться, шляпки почти как у мухоморов.

Но пятнышки при этом разноцветные: меняются грибы не шляпами, а кусочками из них. Вот и не надо ничего выбрасывать. У мастера-енота полно работы, ведь любое дело требует умения, чтобы не испортить. И все бывшие дырки мастер заклеил, а порванные края аккуратно заштопал.

Гнездо кабана

Кабан из неправильного леса ужасно боится испачкаться. С утра: проснётся и сразу отправляется купаться. При этом в пруд – ни ногой, плещется только в речке: в реке вода проточная, чистая.

А пруд, по его мнению, «битком набит» микробами. Больше всего на свете кабан опасается луж, ведь в них микробов ещё больше, чем в пруду.

Выберется кабан-чистюля из реки, отряхнётся по-собачьи, осмотрит свою шкуру и, обнаружив подозрительное пятнышко, опять в речку – отмывать….

Глядя на гнезда грибов-древолазов, кабан с завистью размышлял:

– Хорошо этой мелкоте, гнёзда высоко от земли, ни один микроб к тебе не заберётся, пока спишь.