В Поисках Солнечного Бога Кетцалькоатля

Главный жрец подал знак пропеть гимн в честь бога дождя Тлалока и все члены Хора, став на одно колено, прижав правую руку к животу, запели.

Айа-юйа-йа! Великий Тлалок-бог!

Пошли нам дождь. Пошли на город ливень.

Прольется пусть вода большая.

Пусть напоит поля и хлынет в русла рек.

Даст жизнь росткам и семенам,

Пусть благодатная вода

Наполнит снова древние колодцы.

Великий Тлалок, славим мы тебя.

Прими молитвы преданных тольмеков.

Тебе, Великий Тлалок,

Мы под ночным покровом

Кладем дары на жертвенник священный,

И кровью обагряем плиты храма.

Мы ждем от божества, Тебя, Великий Тлалок,

Дождя! Дождя! Дождя! Дождя!

Последний клич о дожде Хор завопил такими мощными голосами, что с древних стен зала кое-где посыпались пластинки оникса.

Закончив петь гимн, Хор непререкаемых, выслушал предложение Ата Ву и сразу его поддержал: устроить для горожан, несмотря на голод и недостаток воды, праздник по случаю возвращения тольмекских воинов. В кровавых битвах они победили племя хельмов, живущее за дальними горами.

Гонец принес весть о победе. Войско уже стоит на подходе к городу, надо готовиться к встрече.

– Праздник хоть на время заставит забыть о голоде и жажде, усмирит недовольных и предотвратит бунт, – объяснил Ата Ву, и все с ним согласились.

Потом заговорил Верховный жрец Ахав Кан. Он сказал, что надо построить новый храм в честь бога дождя Тлалока, выше и большего старого. Хор, не возражая, тут же согласился и с этим предложением.

Но то, о чем он заговорил потом, застало врасплох всегда послушных членов городского собрания.

– Главное, когда будет построен храм, – торжественно произнес Ахав Кан, надо принести Тлалоку в жертву не кролика или свинью, а человека. И не раба, а соплеменника. Это и станет настоящей жертвой богу дождя. Тогда он примет наш дар, поймет, как тольмеки почитают его, и только тогда он пошлет нам Большую воду. Она потечет по высохшим руслам рек, оросительным каналам, заполнит колодцы. Тогда взойдут посевы, а склады снова будут ломиться от ароматных зерен какао, сочных початков спелой кукурузы, красных стручков острого перца.

Рынки и площади заполнятся народом, крестьянами, торгующими собранными на полях плодами. Ремесленники смогут продать свои изделиями из ткани, шкур и кожи, гончары посуду, ювелиры – золотые и серебряные украшения. Ахав Кан сделал паузу, чтобы собравшиеся оценили его красноречие. – И пусть прольется кровь человека и прольется Большой ливень.