В Поисках Солнечного Бога Кетцалькоатля

 – Хотелось бы мне посмотреть на него.

Искусный мастер, снова передал табачную трубочку Вуцли Кеху, вздохнул.

– Может быть, и посмотришь. Я слышал, в День общего моления о дожде, его впервые выведут на главную пирамиду, поставят прямо на вершине, у храма Солнца. Вот тогда можно будет на него взглянуть, – грустно усмехнувшись, добавил Чуэн Мулук и замолчал, глядя на огонь под каменным котелком с кукурузой.

– Э-э, – вздохнул Шал Талам, – он будет стоять так высоко, вряд ли что разглядишь-.

– Скажи, ужас: стоять на жаре весь день, на тебя глазеют, а ты не смеешь пошевелиться, сесть или даже нос почесать, – засмеялся Кил Чилим, обращаясь к другу, но ему ответил Чуэн Мулук, упрекнув за неуместную шутку.

– Да, тяжело этому мальчишке, но здесь не до смеха. Представь, говорят, все его тело покрыто несколькими слоями густой синей краски и пластинками лазурита, на шее – тяжелые бусы, а на голове от подбородка до самого лба натянута маска то ли ночной птицы, то ли летучей мыши.

– Зачем его так вырядили? Бедный парень, – уже без смеха сказал Шал Талам. – Правда, мне его даже жалко.

– И мне, – тут же поддержал друга Кил Чилим.

Все замолчали, задумались, глядя на огонь, где в горшке остывали разваренные до мякоти кукурузные зерна. Ребята, вытягивая шеи, с удовольствием вдыхали запах горячей кукурузы, ждали, когда им дадут поесть.

Улучив момент, пока дети не слышат, Чуэн Мулук, подсел поближе к Вуцли Кеху и сказал:

– Послушай самое главное.

Он понизил голос до шепота, наклонился к самому уху приятеля, и не видел, как мимо дома прошла ночная стража холканесов. Он не заметил, как двое из них темной тенью прижались к тонким стенам дома, и давно внимательно слушают разговор друзей.

Была уже глубокая безлунная ночь, когда Вуцли Кех и его младший брат собрались уходить.

– Помолимся богам, чтобы скорей пошел дождь, иначе весь наш прекрасный город погибнет, – сказал Чуэн Мулук.

На восходе солнца в зале из белого оникса, что находился внизу Главной пирамиды, снова в полном составе должен был собраться Хор непререкаемых.

Но еще до начала общего заседания Непререкаемых, к Великому повелителю Ата Ву поспешил начальник стражи Халач Виник. Он попросил срочно принять его, так как у него есть очень важное сообщение.