Тайная одержимость

Именно так поддерживала дружбу их так называемая «ментальная община» – на расстоянии. Они могли проживать и, как правило, проживали в разных уголках планеты, контактируя друг с другом посредством ментально-энергетической связи, но в случае необходимости, в случае возникновения опасности собирались вместе.

А ведь были еще и другие ferus, те самые, которые пропали. Они называли их «неотмеченные»: неотмеченные исключительной духовной связью, которая существовала между представителями «ментальной общины». Как результат: ferus обладали меньшим силовым потенциалом, что сказывалось на их возможностях.

Раньше ментальная карта показывала координаты и этих ferus. А затем они пропали с радаров, словно выключив себя из сети.

Александр остро ощущал моменты, когда до ferus доходил его зов. В ответ автоматом отправлялся отклик, подтверждавший, что сигнал его был получен. И с каждым откликом, полученным от ferus, все большей силой наполнялись они – Кассиэль, Ролан и Дей, поскольку в их связующую энергетическую нить подключались дополнительные ментальные потоки.

А сила была волшебна, беспокойна и умопомрачительна. Она проникала в них, наполняла, окутывала сетью и, словно вулкан, готовилась к яркому, бурному извержению.

Поднялся ветер, неожиданно резко. Прорвался, заждавшийся, из-за туч серых дождь.

И извержение в итоге произошло: напряжение вылилось во взрыв, который сильной ударной волной сумел затронуть их вплоть до нервных окончаний.

Александр выдохнул и открыл глаза. Резкой вспышкой они блеснули серебром, а затем затянулись красной поволокой.

Успокоился ветер, притих летний дождь: теперь он слабо да навязчиво моросил, не желая лишаться полученной свободы.

Дело сделано. И уже другой вопрос, будет ли от этого прок. Александр мог ощутить «своих» и отправить им ментальный сигнал с определенным посылом. Однако заставить их вернуться он не мог.

Ferus сами должны понимать всю серьезность сложившейся ситуации. Благополучие их расы всегда стояло на первом месте, поэтому, невзирая на прошлые разногласия, они должны выполнять свой долг: помогать Александру нести ответственность за своих норовистых сородичей. Однако ferus были своенравны, ferus были сумасбродны, таковой была их натура. Что они станут делать завтра – в том и заключался главный вопрос.