Клятва Гиппо Кратоса

***

Дождь колотил по битой черепице выщербленных пагод, врезался острыми прозрачными потоками в зелень буйной растительности во дворе, мелким бисером звонких капель касался зеленоватой воды в круглом фонтане, от чего по глади шли круги.

Огромное сооружение, торжественное, с куполом в центре и круглыми лепными арками походило на дворец. Стройные пальмы обрамляли, точно рамка картину, узкие аллеи, мраморные лестницы и пошедшие плесенью бортики открытых бассейнов.

С некоторых пор это место стало прибежищем одного народа, которому приходилось скрываться веками, но вот теперь эти звери отыскали место, где никто их не тронет.

Это стоило им дорого: много сил было потрачено на красивую и правдоподобную имитацию призраков, которые являлись постояльцам и администрации и пугали их, прогоняя.

И вот, отель, похожий на дворец, опустел, чтобы стать его дворцом.

Его имя было Тэкеши. И он никого не боялся. Кроме…

По воздуху шла к самому большому балкону прозрачная волчица в серебристом кимоно.

И, едва завидев ее из окна, Тэкеши задрожал.

– Чего ты хочешь? – чуть слышно выдохнул старый волк с рыжеватой шерсткой.

– Сейчас в море находится моя дочь, – медленно произнесла волчица, вставая на перила балкона. – Вы сделаете так, чтобы она прибыла раньше срока.

– Но… куда?..

– В Тояму. Потом она доберется до Гифу, и там вы сами ее отыщите и возьмете к себе.

Тэкеши ошеломленно помотал головой:

– Но… Как же…

Волчица резко развернулась и, уже растворяясь в завесе дождя, добавила:

– Ее имя Ребекка.

И вы ее сразу узнаете. Не ошибетесь… У вас же нет лишних голов.

Глава двадцатая: Почти в Гифу

Из судового журнала «Летучего Голландца»

Капитан взялся лично обучать свою суженую и ее спутников фехтованию, лапопашной и прочим жизненно необходимым вещам вроде лазанья по канатам. Ребекка дерется, как мужчина, поражая всю команду, словно была рождена для боя, но ей не хватает хладнокровия и терпения.

Колдер делает это по всем правилам, держа меч или шпагу точно так, как это положено делать, и никак иначе. Он постепенно оттаял к капитану, и теперь с интересом слушает подробности об устройстве нашего парусника и управлении кораблем от него. Довольно странная перемена, но выдренок, видно, понял, что вины капитана нет ни в одном из его злоключений. У Дункана трясутся лапы всякий раз, когда в них оказывается оружие, впрочем, ножом он орудует довольно неплохо.