Туманный лисий мех

– Вы очень интересная, мадам. Вы не местная?

– Я родилась во Франции, но почти здесь не жила.

– О, понимаю. А ваша подруга?

– Не местная, но язык знает.

Пуделиха протянула лапу.

– Тереза Диссолю.

Дита протянула свою, в черной перчатке.

– Дита Плот. А это Селена Мун. Сел, нас любезно подвезут.

Зайчиха помрачнела, но села в машину. Когда они отъехали, пуделиха, крутя руль лапами с маникюром, спросила:

– Дита, в какую часть города вы едете? Может, я подскажу дорогу.

– В пятый округ.

– А, Латинский квартал! Там много студентов.

Ваш друг, наверно, студент?

– Нет, наоборот. Одинокий старик. Мы едем его навестить.

– Как это трогательно.

– А вы?

– О, я возвращаюсь домой. Я снимаю квартиру в районе Биржи… Продала на днях дом покойной матери в Марселе, теперь буду искать жилье. Кстати, Дита, а вы не в Марселе родились? У вас явный южно-французский акцент.

– Почти. В Арле.

– О! Арль! Чудный городишко. Любимый уголок Ван Кота… Сто лет там не была.

– Не поверите, но я еще дольше.

В такой милой беседе и продолжалась поездка. Селена не участвовала в разговоре. Она мечтала оказаться подальше, но отец, уехав, вынудил ее терпеть компанию сумасшедшей жены Плотника.

Дита же, убирая в карман перчатки, не нащупала там блокнот. Сердце ее замерло от ужаса: видимо, он выпал. Но где, где? Однако ни один мускул не дрогнул на ее точеной мордочке.

Глава 2

Собачка с секретами

1

– То есть как это ты не можешь сократить дорогу?! – взревел Мун. – Всю жизнь колдовал, а тут не можешь ни ускорить нас, ни портал сварганить! Ты, Аремезд, просто…

И посыпался поток ругательств на смеси английского, японского и итальянского.

– А итальянский-то ты откуда знаешь? – недоумевал Ник, оборачиваясь на них с переднего сиденья.

– Уж точно не от тебя.

– Конечно, нет. Я никогда не ругаюсь по-итальянски. Только по-французски. Французские ругательства красивы уже своим звучанием, тем более, когда едешь в Париж.

– Вам так сложно помолчать? – кипел меж тем Аремезд.

 – Вся моя магия будто испарилась, ясно вам? Это сработало проклятье Меруерт! Это ее месть, месть моей жены! Еще утром все было нормально, а после того, как один заяц порвал мой халат…

– За что ей мстить, за то, что она сбежала от тебя? Сама, насколько я помню, – хмыкнул заяц. У Ника отвисла челюсть:

– А я думал, твой рог бутафорский.

Аремезд кинул в него барсеткой – всем, что у него было при себе, но лис поймал ее на лету и забрал себе.