Варя. Я все вижу

Я даже не могла нормально вдохнуть, не говоря о том, чтобы позвать на помощь. Но когда сверху на мою голову грохнулась тяжелая темная ткань, перекрывая видимость, эмоции захлестнули и приблизились к опасному пику. Особенно, когда я реально ощутила, как две небольшие руки с тонкими пальцами плотно обхватывают меня со спины за плечи и будто тянут назад.

Вот тогда я заорала.

– ААААА, – пытаюсь выбраться из западни, но путаюсь еще сильнее. – Выпустите, выпустите меня отсюда!!!

– Варь, – кто-то сильнее меня помогает выбраться из этого плена и ставит на ноги, но те не слушаются меня и я заваливаюсь обратно на пол.

Меня встряхивают несколько раз и потом в лицо ударяет холодная вода. Еще раз. И еще раз. Меня умывали ею пока я не поняла, что в руках у папы, а крестный с перепуганными глазами держит в одной руке бутылку с водой, а со второй стекают капли. Сердце до сих пор колотится, как бешенное. Но паника отступила и разум стал проясняться.

– Увози ее отсюда, – говорит крестный, попутно чертыхаясь.

– Подождите, – прошу их. – Мне нужно кое в чем убедиться.

– Нет, Варь, с тебя хватит. – Папа качает головой и все в его тоне говорит о том, что в комнату меня больше не впустят.

– Ладно, – соглашаюсь с этим, – тогда скажи мне сам, что там было? Я уперлась спиной не в стену.

– Это был шкаф-купе.

– С зеркалом? – руки начинают подрагивать.

Папа медлит и переглядывается с крестным.

– Пап, я только что видела тело без лица. – Напоминаю ему.

– Ну, было там зеркало в средней секции, но почему-то его завесили пледом. – Вместо него отвечает крестный. – Он на тебя и грохнулся, видимо закрепили плохо. Если есть какие-то мысли, запомни их, потом расскажешь. А сейчас тебе нужно ехать домой, пока тебя не увидели те, кому не нужно.

Перечить ему не стала. Мне и самой здесь находиться больше не хотелось. И я послушно спускаюсь вниз, а затем сажусь в машину, чтобы поскорее убраться из этого дома.

Хотя это и было заблуждением.

Потому что, те, кому не нужно, уже заметили меня в той комнате.

И безопасность стала для меня понятием растяжимым.

Глава 7. Сейчас

– Домовая, на выход, – гундосит амбал – санитар Стасик, – к тебе визитер.

И делает он это, как всегда, по-свински. Подкрадывается со спины, наклоняется прямо к уху и только тогда уже начинает говорить.