Варя. Я все вижу

Что-то еще беспокоит?

– Да вроде бы нет, – выдавливаю улыбку. – Наверно, просто не выспалась.

– Я тебе уже давно говорила, чтобы ты оставила свои сериалы хотя до выходных. И так учебная нагрузка капитальная, а ты по ночам не спишь. Это поначалу кажется, что переутомление не такая уж и страшная штука. Но на самом деле, все очень серьезно.

– Я понимаю.

– Ага, твой папа мне точно так же говорит. – Вздыхает она. – А потом пропадает в участке с ночи до утра. Или приходит весь измученный глубокой ночью. Я просто прошу вас поберечь себя, а вы меня не слушаете.

Честное слово, как два маленьких капризных ребенка.

– Но два твоих самых любимых ребенка. Мамуль, не нервничай, я обязательно пересмотрю свой режим, а потом поговорю и с папой, – встаю с места и целую ее в щечку, – но позже, а сейчас мне пора бежать.

– Ладно, – кивает она, – но сразу набирай меня, если что-то…

– Все будет в порядке. – Успокаиваю ее уже на выходе. – Люблю тебя.

И выскакиваю за дверь. А там моя улыбка пропадает, но ровно на тот промежуток времени, сколько ползет лифт вниз.

Где у подъезда меня ожидает уже подруга Ника с двумя чашками дымящегося кофе. И за секунды до нашей встречи, я снова пытаюсь выглядеть беззаботной. Но это меня не спасает.

– Ну и видок у тебя. Такое чувство, будто ты привидение увидела. – Девушка даже присвистывает.

– Нет, всего-то тебя и твои кошмарные штаны. – Парирую в ответ. – Что это за бахрома?

Стоило бы отметить, что вкус в плане одежды у Ники был всегда странным.

Не понимаю как, но она умудрялась сочетать несочетаемое. И была завсегдатаем всяких барахолок и сэконд-хэндов. Часть вещей она потом еще перешивала, украшала пуговицами, стразами, вышивками и прочей ерундой, которая делала одежду немного «эпатажной» и « запоминающейся».

Но это, исключительно выражаясь словами Ники.

А как по мне, это больше походило под описание «странной» и периодически «вырви глаз». И глаз этот, кстати, нервно сейчас дернулся при виде того количества пришитой бахромы по всему периметру штанов, которая шевелилась при каждом шаге и создавала весьма странную иллюзию…развивающейся рыжей шерсти по ветру.

– Это винтаж, милочка, – подруга не реагирует на мой подкол, – но ты до этого не доросла, как и до того, чтобы дерзить тете Нике. Нет, Варь, я серьезно, все в порядке?

– Да просто не выспалась, – говорю ей ту же полуправду, что и маме.

– Тогда я отдам тебе свой двойной эспрессо, судя по всему, тебе он нужнее.