Василиса и мир в шкатулке

Пока Варвара Никитична будила Лису и папу к завтраку, пока женская половина домочадцев приводила в порядок свой внешний вид – неумолимо приближался назначенный час встречи с классом. Мама подгоняла Лису, укладывая в ее рюкзачок бутерброды, яблоки и чай. Василиса, только-только победив в схватке с Ханой, зашнуровала левую кеду и решила, что побежит до метро на сверх-скоростях.

Но её планам не суждено было сбыться. Неожиданный звонок в дверь прервал их с мамой сборы. Дверь открыл Александр Сергеевич – Василисин папа.

На пороге стоял необычный гость: мужчина средних лет со встрёпанными каштановыми волосами, в смешных круглых очках и каком-то музейном костюме. Почему музейном? Да просто в таких костюмах уже не одно столетие никто не ходит!

То, что он не был знакомым её родителей, Лиса поняла сразу: папа всегда немного хмурится, когда имеет дело с кем-то новым и еще «не проверенным», а мама так же, как и сама Лиса, с любопытством выглядывала из-за папиной спины.

Незнакомый им всем мужчина представился Никанором Прокофьевичем, дворецким и поверенным маминой тётушки Алёны Геннадьевны.

– Дворецкий? Вы так интересно представились, Никанор Прокофьевич, как будто тётя Алёна живёт в старинном замке, – мама Лисы улыбнулась своей фантазии и пригласила гостя пройти в кухню на чашечку чая, а сама хотела проводить дочку и удостовериться, что она взяла с собой всё необходимое.

– Простите, Варвара Никитична, – откликнулся на её шутливую фразу о замке мужчина, – но я не уполномочен раскрывать данные о месте жительства вашей тётушки.

Я здесь по другому делу. По завещанию моей хозяйки, я прибыл вручить наследство Василисе Александровне Светловой.

До Лисы не сразу дошёл смысл сказанного. А вот мама среагировала быстро – совершенно неизящно плюхнувшись на стул и мгновенно побледнев.

Дворецкий-поверенный тут же спохватился и начал успокаивать её, уверяя, что с тётей Алёной всё в совершеннейшем порядке.

И что это только звучит так грозно – «завещание». На самом же деле никто не умер. А наследство тётушка Алёна решила отдать Василисе при жизни, находясь в добром здравии.

Немного придя в себя, мама снова пригласила за стол Никанора Прокофьевича и, извинившись, отошла позвонить Василисиной учительнице. Предупредив Нину Викторовну, что Лиса не поедет на экскурсию, она вернулась на кухню.