В плену у чувств, или Заложники Парижа

Я даже купил несколько пластинок.

– Меня удивляет, как вы оба быстро спелись. И что, значит, ты теперь всерьез увлекся французской музыкой? – искренне удивился Андре.

– Как ни странно, но да. Английские песни меня перестали завораживать с тех пор, как я покинул родину.

– Ну и хорошо, значит, у тебя выработался вкус, – подшутил Виктор. – Сейчас чего только не найдешь на прилавках. Нам очень повезло жить в такое время, когда почти все можно купить.

– Я не из тех, кто привык жаловаться. Но хочу заметить, что нынешние хозяева монополий и банков весьма заинтересованы в широком развитии потребительской лихорадки.

– Так выпьем же за научно-технический прогресс! – протянул бокал воодушевленный Андре и мы чокнулись.

– Но не стоит забывать, что Франция оказалась в нелегком положении после войны, – произнес озадаченно Виктор. – В области экономики ей пришлось догонять соперников по мировому рынку, предпринимая колоссальные усилия. Телевидение, журналы, газеты, кино – все стало полем для битвы за покупателя…

– Я искренне возмущен оболваниваем общества, – перебил его Андре.

 – На самом деле так мало мыслящих людей, способных не вестись на это. А как же интеллектуальный багаж?

– Так много вопросов и так мало ответов. Как это не печально, сейчас почти все живут по канонам потребления. И мы не исключение, – осуждающе сказал Виктор.

– Как ни стараешься быть снисходительным и современным, все равно такое ощущение, что это целое испытание. К сожалению, желание транжирить все чаще губит непосредственные человеческие чувства и отношения, – подытожил я сказанное, подметив истину.

Наш разговор, который начался с легкой беседы, в результате перерос в нечто серьезное. А ведь и правда, в такой богатой стране, как Франция, диктующей миру моду, подавляющее большинство граждан покупает только фабричную одежду массового производства. В государстве живописной природы, очаровывающей миллионы туристов, половина населения никогда никуда не выезжает во время отпуска.

Стало совершенно очевидным, что господствующая идеология потребления заменила собой не только веру и нравственность, но и духовную культуру.

Глава 9

Когда наступил день, когда должна была прилететь Камила, встречать ее я отправился с Жаном. Он был не против, так как давно хотел познакомиться с настоящей англичанкой, и мне импонировало, что тот считал ее таковой.

Увидев Камилу в аэропорту, я обомлел.