По лезвию золотого ножа

 – После всего того, что она видела…

– После всего того, что она видела, это меньшее, что я могу для нее сделать. Пугать ее еще больше в мои планы не входит.

– Я не нуждаюсь в опеке и жить с вами не собираюсь, так что занимайтесь своими делами, а я займусь своими. – Отбросив одеяло, он попытался встать, но его резко опрокинули обратно.

– Эй, не смей никуда уходить! Ты меня понял? – Александр пригвоздил его к кровати. – Я уже сказал, что твое состояние отражается на мне. Можешь валить на все четыре стороны, но только после того, как найдем причину твоего недуга, и ты поправишься.

До этих пор будь послушным.

– Быть послушным? – Дарнел усмехнулся. Кажется, Александр забыл, с кем говорит.

Причину своего недуга Дарнел знает: его проклял ребенок. «И что ты с этим сделаешь?» – он молчаливо воззрился на брюнета.

– И какие у тебя дела? – Ролан окинул Дарнела равнодушным взглядом. – Ждать одинокой смерти?

– Не вашего ума дело.

– Теперь нашего, – возразил Александр.

 – Ты не считаешь нас своей семьей, но я все еще считаю тебя своим другом и своим человеком. А я забочусь о своих людях, тем более о тех, у кого проблемы с головой. И прекрати устраивать потасовки, – назидательно проговорил Александр. – Очевидно, склоки и дрязги превратились в смысл твоей жизни, но прекращай. Шуметь в горах допустимо, однако не привлекай к себе излишнего внимания в Радлесе.

– И что с твоим внешним видом? – скривился Океан. – Выглядишь отвратно, а ведь был красавчиком! – «Таким же, как я», – повисло в воздухе.

«Потасовка». Он сказал «потасовка».

Дарнел замер. Знакомый аромат, теплая кожа, хрупкая кисть, сжатая в руке.

Дарнел посмотрел на свою ладонь. Мягко сжал, кончиками пальцев пытаясь нащупать былое тепло.

На какое-то короткое мгновение ему показалось, что рядом то, что он искал.

– Я хочу вернуться в отель. – Несмотря на возражения, он поднялся на ноги.

– Тебя выписывают завтра, – проинформировал Ролан.

– Сегодня.

Меня выписывают сейчас. И мне не нужно ваше разрешение.

***

– Чертово издательство!

Вивьен пнула остекленные двери, закрывшиеся у нее перед носом.

Она догадывалась, что контактами с ней никто не поделится, но в глубине души надеялась, что ей повезет, и она получит адрес ученого, на слова которого ссылались в статье.

С ней не только не поделились контактами – Вивьен выдворили силой за дверь. И с чего бы вдруг? Вивьен даже не буянила.