Течение реки как течение жизни

Впервые за долгое время мне хотелось строить планы на дальнейшую жизнь.

Я задержался на улице на несколько минут, и только после этого вошёл в предбанник. Предбанник был небольшой и аккуратный. Неяркий свет и запах свежих берёзовых веников, казалось, начинали убаюкивать меня. Не спеша раздевшись, я шагнул в жаркую баню. «Да, круто Иван Михайлович натопил», – подумал я и чуть приоткрыл дверь. От раскалённой печи исходил такой жар, что, казалось, невозможно было дышать. Немного пообвыкнув, я улёгся на чистый полок.

По всему телу прошла приятная истома.

«А ведь она мне определённо нравится, эта учительница русского языка и литературы. Почему мне рядом с ней так спокойно и комфортно? Странно, почему такая привлекательная девушка одна? Почему я о ней постоянно думаю? Интересно, а что она думает обо мне?» – так рассуждал я сам с собой. В этот момент я почему-то невольно представил, как Русалка с распущенными волосами и обёрнутая в полотенце входит в баню. И вдруг… она, действительно, вошла.

От неожиданности я так растерялся, что не мог сдвинуться с места. Я боялся отвести от неё глаза и не мог поверить в то, что всё это происходит со мной. Она приблизилась ко мне и одновременно серьёзно и вопросительно посмотрела мне в глаза. Затем она протянула ко мне руку, но почему-то не очень ласково коснулась моего плеча.

– Глеб, ты что, уснул?! – услышал я хрипловатый голос Ивана Михайловича. Я вздрогнул от неожиданности, открыл глаза и увидел перед собой лесника, который стоял передо мной в кальсонах и тряс меня за плечо.

– Да, что-то сморило меня. Ночь у костра бессонная была, – моргая глазами и ещё не совсем отчётливо понимая, что происходит и откуда появился лесник, проговорил я.

– Ничего! Вот я тебя сейчас берёзовым веничком попарю, будешь как новенький, – с улыбкой проговорил Иван Михайлович и с усердием принялся за дело. Мне оставалось только покориться его ловким рукам и покрякивать от приятных ощущений. После этой экзекуции я смыл с себя пот, остатки грязи и запах от ночного костра.

Потом облился прохладной водой из ведра и вышел из бани. Мне вдруг захотелось посмеяться над самим собой и над всей этой ситуацией.

В предбаннике меня ждал Иван Михайлович, тоже чему-то улыбаясь. Он налил из глиняного кувшина в кружку холодный квас и протянул мне, проговорив:

– Попей-ка кваску, Глебушко. Он поможет тебе «прийти в себя».

Я с удовольствием пил сладкий и терпкий квас, смакуя каждый глоток.