Коллекция ошибок. Я тоже буду в черном

Дочь совсем пропала с горизонта и подозреваю, что причина заключается именно в вас. Чем вы занимаетесь? Я могу быть спокоен за нее?

Вот тут мне самой стало интересно.

Мирон вытер губы салфеткой, поставил локти на стол, а руки сплел в замок и, глядя на моего отца, ответил:

– Тридцать один год, женат не был, детей на стороне не имею. Ну, насколько мне известно. Факультет иностранных языков МГУ по настоянию родителей сразу после школы, потом автомобильный в МАДИ по собственному желанию. Люблю машины, знаете ли.

Два автосалона в Москве, четыре автошколы. За нее, – он посмотрел на меня, – можете быть спокойны. За нее я любому глотку перегрызу.

– Он мне нравится, – закивал папа, глядя на меня, а я готова была расплакаться, но теперь от счастья.

– Кто хочет кофе? – спросил Мирон, вставая и собирая пустые тарелки.

– Хорошего кофе здесь не сварят, – засмеялся папа.

– Ну, это смотря, кто варить будет, – улыбнулся Мирон и я знала, в чей огород был этот камень.

Когда у меня в ладонях оказалась чашка с ароматным напитком, я обернулась назад, взяла с подоконника пачку сигарет, достала одну и прикурила, забывшись, что напротив меня сидел мой папа, который такое наблюдал впервые.

– Куся! – воскликнул он. – Ты куришь?

Я сообразила, что произошло, но было уже поздно и папа мерил меня порицающим взглядом.

– И ты ей позволяешь? – он взглянул на Мирона.

И сразу добавил чуть тише:

– Не возражаешь, если я перейду на «ты»?

– Без проблем, – ответ он на второй вопрос и перевел взгляд на меня.

 – Она меня совсем не слушается. Маленькая моя. Но я это исправлю.

Он поднялся, подошел ко мне, наклонился, поцеловал и забрал из моих рук сигарету. Потом еще раз поцеловал. На глазах у папы. Нежно.

– Мне пора, я поехал к себе. А вы тут поговорите спокойно.

Папа поднялся и пожал Мирону руку:

– Всего хорошего, рад был познакомиться и спасибо за ужин, Костя.

– Доброй ночи. И спасибо за дочь, – ответил Мирон и направился в прихожую.

Я скользнула за ним. Пока папа не видел и не слышал, в надежде, что сейчас он не станет меня отталкивать, я схватила его за руку:

– Не уходи, – шепотом.

 – Не оставляй меня одну. Папа скоро уедет.

– Мне надо ехать, Высоцкая. Я не могу сегодня остаться.

– Тогда поцелуй меня.

Он едва коснулся меня и сразу отстранился.

– Не так. Как раньше, пожалуйста…

– С тебя хватит. Прекрати истерики, начинай нормально питаться и спать по ночам. Ты меня поняла?

– Да, – дрожащим голосом ответила я.