Великие полководцы

Вот тут-то псковских бояр и взял страх: а ну как немцы прорвутся! Тогда пощады не жди – всё заберут, всё разграбят, а то и жизни лишат. Лучше сдать им город добровольно. И открыли ворота тевтонским рыцарям. Сделал это посадник Твердило, который хотел владеть Псковом вместе с немцами.

Теперь очередь была за другим русским городом. Самым крупным, самым богатым в этом краю был Великий Новгород. Над ним-то и нависла угроза.

В доме у кузнеца

Дом, в котором жил Гришата, стоял на окраине, поодаль от других домов.

Отец был кузнецом, а раз в твоём ремесле огонь – первый помощник, то и жить ты должен отдельно от других. Горожане боялись пожаров, дома-то у всех были деревянные.

Гришата привык, что в доме у них всегда были люди. Но сегодня гость был особый. Пришёл Пелугий, с которым Гришата стоял в дозоре.

С собой Пелугий привёл ещё троих. Один из них – высокий и крепкий, с русой бородой – был кожевник Данила. Гришата его знал, слышал про его удивительную силу. Второй человек – низкорослый и скуластый – тоже был знаком Гришате: не раз попадался в городской толпе.

А третьего – чернявого – видел впервые. Мрачный он был, смотрел насторожённо, а в глазах порой вспыхивал огонь.

– Дело у нас к тебе, – поздоровавшись, сказал Пелугий хозяину.

Яким усадил гостей на скамью, сел рядом. Хозяйка поставила на стол кувшин с брагой, нарезала пирог и ушла.

– Дело у нас вот какое… – начал Пелугий.

Но чернявый кашлянул и так сверкнул глазами на Гришату, что тот схватился было за дверь.

– Малец пусть останется, – сказал Пелугий и в первый раз улыбнулся. – Сиди, Гришата. Ты здесь не лишний.

Но вот Пелугий опять посуровел, отхлебнул браги и сказал:

– Беда к нам идёт, Яким. Этот человек бежал из Пскова. – Он кивнул на чернявого. – Говорит, немцы на нас поход готовят. Князя нет. Далеко Александр Ярославич. А бояре могут и Новгород сдать. Расскажи, Фома, – повернулся он к чернявому незнакомцу, – расскажи, как под немцем жить.

Фома заговорил горячо и торопливо, жестокий огонь как зажёгся в глазах его, так больше и не угасал.

Страшные вещи поведал пскович.

На каждом шагу в городе грабежи и убийства. А ещё говорил Фома, что негоже новгородцам в стороне стоять, когда бьют их братьев.

– И вы и мы русские, – говорил он, – так почто ж мы псов со своей земли не выгоним? Доколе терпеть их будем?

«Нужно волновать народ, – решили в доме у кузнеца, – нужно посылать за князем. Пусть князь вернётся со дружиною. Пусть собирает войско.