Великие флотоводцы

Писатель всегда интересовался историей тех мест, в которых ему довелось побывать. Например, в селе Малые Всегодичи Владимирской области, где Олег Николаевич проводил каждое лето, он обнаружил древний наконечник копья, пролежавший в земле более шести веков. Писатель предполагал, что это копьё могло принадлежать русскому воину, участвовавшему в Куликовской битве. И может, вместе с сотнями других копий оно обратило в бегство конницу непобедимого прежде Мамая…

Каждое место на родной земле хранит в себе тайны истории, которые открываются только тем, кто по-настоящему любит свою страну и стремится познакомиться с её прошлым.

Одним из ключей к этим тайнам служит книга Олега Тихомирова.

    Антон Филатов

Пётр Первый

А всё начиналось с потешных полков…

30 мая 1672 года по всей Москве поплыл колокольный звон. В этот день у царя Алексея Михайловича родился сын Пётр. Давно уже ждал царь мальчика – достойного наследника престола. От первой, умершей несколько лет назад жены Марии Милославской было у него тринадцать детей.

Дочери росли все крепкими. А мальчики – их было пятеро – здоровье имели слабое. Выжили из них только двое. Фёдор, десяти лет, еле ходил из-за больных ног, второй же, Иван, плохо видел, с трудом говорил.

Зато вторая жена, Наталья Нарышкина, родила царю сына-крепыша.

До пяти лет, как было принято, находился Петенька среди кормилиц и мамок. Уж каких только игрушек не имелось у царевича: и зверушки разные, и птички заморские, и гусли, и барабанчики.

А больше всего пристрастился Пётр к солдатикам. Заиграется – не оторвёшь. Солдатики сшибаются друг с другом, падают, из пушек деревянные ядра летят.

Но особенно нравилось Петру играть в военные игры со сверстниками. Тут уж и оружие – копья, луки, пищали да пушки – были похожи на настоящие. А главным кто был? Ну конечно, Пётр.

– Полковник ты наш, – говорил отец, любуясь рослым мальчишкой.

Вскоре безмятежная жизнь маленького Петра прекратилась. Ему ещё и пяти лет не было, как умер отец Алексей Михайлович.

На трон сел Фёдор, которому исполнилось четырнадцать. И сразу же почти стало проявляться недружелюбие Милославских к Нарышкиным: они прекрасно понимали, что не больной Фёдор или слабоумный Иван достойны царского престола. Пётр – вот кого они стали бояться и ненавидеть, вот кто по праву мог быть русским государем.

А если так – нечего мелькать Нарышкиным в Московском кремле. И отправили Наталью Кирилловну с сыном в село Преображенское.