Весёлые приключения кота Чиабаты

Куда они смотрели – неясно. Они крутились в разные стороны и не думали останавливаться.

Именно таким и увидела котика Дездемона, его хозяйка, когда вошла в комнату.

Сначала она ахнула, потом рассмеялась, но, быстро сообразив, что с минуты на минуту от её чиабатты не останется ни крошечки, кинулась спасать свой хлеб.

Хозяйка схватила хрустящие остатки батона и потянула на себя. Кот впился в хлеб. Кажется, оторвать от вкусности его было невозможно.

Дездемона повторила попытку. Коту это не понравилось, и он зарычал.

Сделал он это, используя всю гамму звуков. Кошачье горло выдавало такие трели, которые, если бы успеть включить диктофон, могли стать топом в числе рингтонов. Но коту не было до этого ровным счетом никакого дела. Он продолжал виртуозно рычать, жадно жевать, вертеть глазами и пускать когти прямо в мякоть хлеба.

– Да ты же сейчас лопнешь! – крикнула хозяйка, глядя на стремительно округляющийся кошачий животик.

– Не твоё дело, отстань от меня, – грозно промяукал котёнок, и Дездемона его поняла.

Тогда она разломила чиабатту и оставила коту догрызать ту часть, в которую он вцепился мёртвой хваткой.

Наевшись до отвала, с отяжелевшим брюшком, кот не смог даже запрыгнуть на диван. Две его попытки не увенчались успехом. Тогда он разлёгся прямо на полу.

Повернулся на спинку, раскинув лапки в разные стороны, и заснул сладким сном, который может быть только у маленьких, очень сытых котиков.

Рыбка

В этот вечер хозяйка осталась без ужина. Ей так хотелось выпить чашечку какао с хрустящей чиабаттой и ломтиком сыра, но увы.

Оставшуюся чиабатту ей есть не хотелось, хлеб изрядно поваляли по полу и потыкали когтями.

В расстроенных чувствах хозяйка позвонила своей подружке, кот сквозь сон слышал только: «Чиабатта – кот, кот – чиабатта, сожрал мою чиабатту, чи-ааа-баа-ту-ту-ту, пузатый чиабатта…».

Коту нравилось вспоминать о чиабатте.

Так прицепилось к коту его прозвище, но только произносилось оно немного легче, без второй буквы «т».

Он был очень доволен. У других котов были крайне жалкие, на его взгляд, имена: всякие там Мурзики, Барсики. Ему же досталось имя астрономическое, вернее, гастрономическое! Он хоть и не знал, что хлеб – всему голова, но почему-то чувствовал это, весьма гордился и радовался своему «хлебному» имени. А какое оно вкусное! У кого ещё есть такая вкусная кличка? Ни у кого.

«Да, было бы хорошо, если бы всех кошек называли в честь какой-нибудь вкуснятины, – думал наш котик.