Игра на жизнь. Ивент – любовь

Мало того, что солнце нещадно палило, так еще и из пройденных мною четырех районов никто из неписей не захотел мне дать задание. А все мой внешний вид. Эти сволочи, все как один отправляли меня в «Веселый квартал», и улыбочки такие при этом ехидно-гадливые делали, что хотелось плюнуть со злости в рожу каждому. Останавливало лишь одно – страх попасть в полицию. Кстати, по поводу полиции мне подруга сразу пояснила. Что законы в Мирах Центуриона очень строгие. И если нарушать законы и попадаться, то можно реально залететь на какую-нибудь каторгу.

Причем удалить персонажа и завести себе нового не получится, даже с новым персонажем появишься на той самой каторге. И будешь там батрачить, пока не «отбелишь» репутацию. Так что лучше вести себя примерно и спокойно. И отношения с горожанами не портить.

А еще я сделала для себя не очень приятное открытие – вода утоляла жажду и заживляла все раны, но от голода не спасала. А голод я хоть и не сильный из-за жары, но все равно чувствовала.

Полагаю, что к вечеру есть захочется сильнее. А у меня не денег, не работы, не нормальной одежды.

Чувствуя себя жареной курицей, я села в парке на скамейку, что пряталась в тени высоких кустарников, и откинувшись на спинку, прикрыла глаза. Сил идти дальше не было, надо хоть немного отдохнуть.

Через несколько минут слуха коснулся пронзительный писк.

Открыв глаза, я осмотрелась, но решив, что мне показалось, опять их прикрыла.

Писк повторился, и на этот раз он был гораздо сильнее и тревожнее.

Я опять открыла глаза. Писк усилился.

Я резко вскочила и начала ходить вокруг лавочки.

Отойдя от неё на несколько шагов, поняла, что писк стихает, а когда приблизилась, то он, наоборот, становился сильнее. Обследовав всю лавочку, до меня дошло, что писк идет от кустов. Прикасаться к ним откровенно не хотелось. Слишком много шипов. Но писк стал таким пронзительным, что, не выдержав я прыгнула в самую гущу, ободрав все, что только можно было ободрать.

Сначала я зашипела от боли, а затем от увиденной картины.

Маленькая птичка, растопырив крылья, защищала трех притихших за её спиной птенцов от змеи. Малышка гневно и пронзительно пищала, и кидалась на хищницу. Я с детства ненавидела, когда сильные обижают слабых, и поэтому резко схватив змею поближе к голове, зашвырнула её куда-то вглубь кустов.