Весенняя история

На веранде, где сидели друзья, пропажи не было. Альбинос начал вновь переживать, нервно сжимая руку девушки.

– Успокойся. Подожди меня здесь. Я поспрашиваю персонал, – полушёпотом проговорила Марина, на что тот отрицательно замычал и замотал головой. – Хорошо, если хочешь, пошли вместе.

Мишель кивнул. Друзья зашли в кафе и подошли к кассе. За ней сидел тот самый официант, который принёс их заказ. Он не заметил друзей. Его голубые глаза с зелёной каёмочкой (центральная гетерохромия) светились от восторга, а на губах сияла улыбка.

Парень нашёл альбом альбиноса и, не сумев переборов своего любопытства, пролистал его.

– Красивое у вас окрашивание волос, – проговорила Марина, привлекая к себе внимание и заставляя официанта вздрогнуть от неожиданности. – Извините, что отвлекаю. Мы оставили в вашем кафе альбом. Не находили его?

– О, спасибо за комплимент… Вы первый, кто так сказал, другие же со скептицизмом относятся к тому, что я свой натуральный блонд порчу омбре… Ой, извините! Да, конечно, нашёл, – кивнул парень, протягивая пропажу.

 – И извините, что сунул свой нос не в свои дела. У вас большой талант.

Мишель забрал альбом, прижимая его себе. Ему была приятна похвала. Он закрыл своё покрасневшее лицо альбомом. Марина усмехнулась, увидев реакцию со стороны друга. Официант с непониманием смотрел то на парня, то на девушку.

– Спа… Спасибо… Что нашли его, – заикаясь проговорил альбинос. – И… И спасибо… За комплимент… Мне очень приятно…

– Как же зовут нашего героя? – спросила Марина, продолжая усмехаться.

– А? Как зовут? – удивился официант. Обычно такие вопросы ему не задавали, так как все сотрудники носят бейджи – и он не исключение. – Моё имя Хоки. Да, оно не русское. Родители решил проявить такой креатив в выборе имени.

Марина хотела ещё что-то спросить, но у неё завибрировал телефон. Она отошла, чтобы ответить на звонок. Мишель и Хоки молчали. Это не было удивительным. О чём можно разговаривать с чужим человеком? Атмосфера возле кассы была неловкой.

Хоки нервничал, не смотрел на художника, лишь изредка поднимал на него взгляд. Мишель же прятал теперь только нижнюю часть лица за альбомом и несильно его сжимал. Он сомневался, стоит ли начинать диалог, хоть и понимал, что вот так стоять невежливо. Хоки, так ничего и не сказав, встал со своего места и ушёл на кухню. Оставлять рабочее место без присмотра – очень большая ошибка, так как могли прийти посетители или альбинос мог захотеть ограбить кассовый аппарат.