Ветер в ивах

– Оставь их, глупый ты осел! – закричал Крыс со дна лодки. – Ты не сможешь! Ты перевернешь нас!

Долго сдерживавший себя Крот, даже не оглянулся на него, откинул весла назад и глубоко вонзил их в воду. Затем он сделал мощное запомнившееся ему движение, но при этом легко рассек поверхность воды и, не удержавшись, очутился лежащим поверх распростертого Крыса. В крайней тревоге схватился он за борт лодки… и… Плюх!

Он прошел чуточку выше борта, а в следующий момент боролся уже с рекой.

До чего холодной была эта вода… и… до чего же мокрой! До чего противно запела она в его ушах, когда он стал опускаться ниже и ниже…! До чего ярким и приветливым казалось солнце, когда он поднимался к поверхности, всплывал и отплевывался! До чего же черным было его отчаяние, когда он чувствовал, что опять идет в воду! Внезапно чья-то сильная лапа ухватила его за холку.

Это был Крыс, и он… смеялся… Крот даже почувствовал, как этот смех опускается сверху от крысова плеча, переходит в лапу, а потом в его, Крота, шею.

Поймав весло, Крыс протолкнул его под руку приятеля, потом сделал то же самое с другой стороны и, плывя сзади, как комок несчастья, погнал перед собой это жалкое обмякшее и беспомощное тельце.

Затем он вытер его досуха и, хорошенько отжав мокрую одежду, спокойно сказал:

– Теперь, дружище, побегайте по бечевнику так быстро, как сможете, пока окончательно не обсохнете и не согреетесь. А тем временем я нырну за корзиной.

Мрачный Крот, снаружи мокрый, а внутри пристыженный, не переча, послушался и добросовестно стал носиться вверх и вниз.

Крыс между тем погрузился в воду, отыскал лодку, навел в ней порядок, пригнал к берегу и, наконец, благополучно нырнув за корзиной, вернулся на землю.

Когда все было улажено, и готовились тронуться дальше, поникший и удрученный Крот, заняв свое место на корме, тихим надтреснутым голосом произнес:

– Крысик, добрый вы мой друг! Я очень раскаиваюсь в своем неблагодарном, глупом поступке. Мое сердце до сих пор колотится при мысли о том, что мы могли бы потерять эту чудесную корзину.

Я и в самом деле был полнейшим ослом. Не могли бы вы навсегда забыть о моем поступке и простить меня, чтобы все у нас было так, как прежде?

– Ничего не случилось, мой друг! – ободряюще отвечал Крыс. – Что для Водяного Крыса чуточку помокнуть? Я и так гораздо чаще, чем на суше, бываю в воде. Хватит думать об этом. Знаете, мне кажется, вам не мешало бы побывать у меня в гостях, пожить в моем доме.