Двойная игра для ведьмы

Поэтому начала делать вид, что медленно прихожу в себя, и даже осторожно открыла глаза.

– Улия? Что-то случилось? – изобразила я непонимание и адскую усталость.

– Всё хорошо, госпожа Аника, – улыбнулась женщина, смотря на меня словно на богиню. – Вы наших воинов спасли, даже конечности им отрастили обратно. Так устали, так устали… вот и сознание потеряли, – быстро пересказала она мне все события.

– Мне уже немного лучше, я, пожалуй, сама разденусь, – постаралась я изобразить смущение и попыталась встать, но Улия меня придержала за плечи.

– Ну что вы, госпожа Аника, я помогу, мне несложно, а вам отдыхать надобно, это ж надо – такое чудо совершить! Весь город теперь будет на вас молиться. Наверное, теперь из соседних городов к вам народ потянется, – щебетала женщина и споро стягивала с меня одежду.

Я растерянно её слушала и почти не помогала, пока она меня не оставила в одной сорочке.

– Ну вот и всё, – улыбнулась она, – вы отдыхайте, а я распоряжусь, чтобы вам ванну приготовили.

Да одежду почищу.

Я уже хотела сказать, что не надо (я и сама прекрасно с этим справлялась), но Улия сбежала из комнаты.

Вздохнув, я поняла, что бесполезно как-то спорить. И вообще, надо бы подумать над её словами. Накосячила я, конечно, знатно. И зачем устроила этот цирк, спрашивается? Эх, не надо было им конечности возвращать и, вообще, можно было бы и недолечить слегка.

Но, блин… я привыкла все делать хорошо и на совесть. Это прабабушка мне с детства вбила в голову, что нельзя ничего делать вполсилы, ты либо делаешь, либо нет.

Вот и страдаю вечно от этого всю жизнь. Ибо уже знаю, что, видя мой «энтузиазм», ушлые людишки начнут садиться на шею, а потом хрен их оттуда сгонишь. И буду я жить на рабочем месте, бесконечно всем помогая.

Думаю, что настоящая Аника так бы и делала.

Но я не она.

Я жить люблю, а не вот это вот всё.

Я скривилась, вспомнив вывороченные кишки.

Вот уж не думала, что когда-то стану врачом.

Хуже! Целителем.

Всегда подташнивало от крови и ран.

Единственный вариант – это притвориться больной на целую неделю и не вылезать из постели. Чтобы все поняли, как тяжело мне далась такая операция.

Ой, как же я ненавижу безделье…

Перевернувшись на другой бок, я попыталась заснуть, но, как назло, ни черта не получалось. Настроение только портилось всё сильнее и сильнее да энергия, наоборот, гуляла в крови.

Хотелось какого-то действия.