Вампиры, дампиры и прочая нечисть…

– Неужели ты думаешь, что даже имея камешек, я свободен?

Андрей лег на кровать прямо в обуви, закинул ногу на ногу, а руки убрал под голову, смотрел он в потолок, и выглядел спокойно, однако я четко ощущала его раздражение.

– Ты хочешь сказать, что в твоем доме бывают вампиры? – я спрятала руки под книжку, нельзя кормить хищника собственным страхом. Пусть думает, что я не вижу опасности.

– Не вампиры, а вампир, мой отец и покровитель. Конечно, если ты желаешь с ним познакомиться, то я мигом ему позвоню, ну так что?

Он вопросительно посмотрел на меня своими серо-синими глазами, сейчас на нем была личина среднестатистического человека, ничем не выделяющегося из толпы, и если бы ни мои способности к эмпатии, то я бы не поняла, что он сейчас жутко зол и раздражен, а еще он беспокоится, за меня? Ну, это я размечталась, конечно.

Последний раз я помнила это чувство, когда была маленькой. Обо мне беспокоилась моя мама, с тех пора таких эмоций я не от кого не чувствовала. Тогда что же за чувство его обуревает? Я ничего не поняла. Кто я ему, и кто его отец для него? Он ведь мог спокойно ему меня показать, и развлекались бы они со мной вдвоем. А может оно так в итоге и будет? Просто пока, он не хочет делиться? Я с тоской посмотрела на открытую дверь, хотя и понимала, что затея абсолютно бессмысленная…. Правда, если бы я когда-то опустила руки, то не смогла бы сбежать…

Андрей проследил за моим взглядом и усмехнулся.

– Малышка, если ты думаешь, что я собираюсь тебя здесь удерживать, то ты очень ошибаешься.

«Конечно, не собираешься, знаем, проходили уже», – мысленно ответила я, хотя внешне сделала самый заинтересованный взгляд.

– Эта комната, – продолжил Андрей, – защищена от вторжений вампиров, и не только вампиров, это целый бункер, и я специально его построил под своим домом, о нем абсолютно никто не знает, кроме меня, ну теперь еще и тебя.

«Бункер значит, в бункере меня еще не держали…, что-то новенькое Анютка, наслаждайся новизной момента, все же про бункеры, только в книгах читала…»

– Даже твой отец? – новым взглядом окинула я комнату.

– Особенно он!

– И зачем же ты меня спрятал от своего отца? – постаралась я не вкладывать слишком много иронии в свой голос.

Стас ненавидел, когда я начинала иронизировать, за это он наказывал меня с особым извращением. Поэтому иронизировать, и разговаривать сама с собой я научилась мысленно….