Винсент и Самый Необыкновенный Отель в Мире

На завтра он превратится в гостя! Сюрпризы сыпались на него один за другим, как шарики из автомата мороженщика. И приглашение стать гостем было последним шариком! Восхитительным шариком с хрустящей карамелью, орехами и шоколадной глазурью! Винсент подумал, что он теперь точно знает, что почувствовал Чарли, когда нашёл своё золото[2 - Отсылка к фильму Чарли Чаплина «Золотая лихорадка».].

Винсент посмотрел, как Флоренс и портье из отеля исчезают в толпе, кое-как собрал свои вещицы и опрометью помчался домой.

Никакой пакет чипсов и синий спортивный напиток не шли в сравнение с Самым Необыкновенным Отелем в Мире! Разве требуется ещё какое-то доказательство существования волшебства, о котором ему рассказывал дедушка?

Винсенту доказательств хватало.

Глава 2

Гость одного дня

– Подъём, подъём, подъём, подъём!

Винсент вскочил как ошпаренный. Семилетняя сестра Винсента по имени Роуз что было силы трясла его и пищала в самое ухо.

– Я не сплю! – рявкнул Винсент.

Он перекатился на живот и зарылся лицом в подушку.

– Винсент, вставай! Сегодня твой первый день в Самом Необыкновенном Отеле в Мире! Тебе нельзя опаздывать!

– Который час? – Винсент сел в кровати.

– Уже почти половина шестого! А мне ещё надо успеть сделать причёску и маникюр и решить, во что я оденусь!

– Ты никуда не идёшь, Роуз, – в его сонном голосе явно слышалась досада.

– МЭРИЛИН! – закричала она во всю силу лёгких.

– Да хоть Мэрилин! Всё равно ты никуда не идёшь.

Роуз упрямо хотела, чтобы её звали Мэрилин. У неё были большие планы – она хотела стать кинозвездой и полагала, что для кинозвезды имя Мэрилин подходит гораздо больше, чем Роуз. Ещё она упорно ходила повсюду, накинув на себя одеяло, как плащ, на случай, если за нею увяжутся её фанаты или папарацци. Или «пацци», как небрежно называла их Роуз. Вот только до сих пор поблизости не замечалось ни тех, ни других.

– Но, Винсент, это же как пить дать: в отеле наверняка сейчас гостит один из этих величайших продюсеров современности.

И мне всего-то надо подстеречь его так, чтобы меня заметили. Это будет тот прорыв, которого я жду всю жизнь! – тараторила она, заламывая руки и жмурясь так неистово, будто молилась о мире во всём мире.

– Я отправляюсь в отель, чтобы работать, а не подстерегать гостей. И тебя туда не пущу!

Роуз прекратила мольбы. Она скрестила руки на груди и закусила верхнюю губу.