Клан голубых кошек. Трилогия

Получается, что его Элла была неизвестно кем? Подарком судьбы? Или же, чем-то иным? А может наоборот, искушением для него?

Когда-то он поклялся, что больше никогда и ни одна женщина не получит от него не единого чувства, кроме страсти или похоти. Но Элла поменяла его приоритеты. Даже видя смерть Оливии, той что разбила ему сердце, предала, превратила его жизнь в ничто, он не чувствовал ровным счетом никакого удовлетворения. Единственное, что его в тот момент волновало, так это состояние его Эллы, его маленькой иномирянки.

Сарид даже резко притормозил, что идущие за ним слуги и охрана, чуть было не врезались в его спину.

Он вдруг понял, что действительно, не был счастлив от своей мести. Ему было абсолютно наплевать на Оливию и даже, когда он пришел убивать императора, он и тогда не ощущал какого-то особенного триумфа. В его голове на тот момент была лишь Элла и желание защитить ее.

Элла, является его единственным слабым местом, Сарид поморщился от своего неприятного открытия.

Быть уязвимым, оказывается очень мерзко. Однако, каждый раз вспоминая ее преданный и нежный взгляд, он понимал, что никогда от нее не сможет отказаться. Хотя и артефакт при логических выкладках всегда советовал ему как можно дальше от нее держаться, а лучше, так вообще убить. Конечно же Сарид, мгновенно отверг подобные идеи артефакта и потребовал, защитить как можно надежнее его девочку. И Сарид ведь все продумал, да и артефакт помог. На остров невозможно попасть, так же как и вырваться с него. И его Элла полностью защищена.

– О, Великий Император! Рад встречи!

Из-за поворота появился Тривиан и начал преувеличенно подобострастно кланяться, при этом лукаво улыбаясь.

Сарид закатил глаза, и ему захотелось, как в детстве дать подзатыльник шуту. Тривиан зачем-то сам выбрал такую себе роль при дворе, и даже разнес слухи о том, что является собственным шутом Великого Императора.

В принципе это играло на руку Сариду, Трив был изощренным интриганом, кроме того был абсолютно предан Сариду, а так же люто ненавидел своего отца.

– Идем со мной мой верный шут.

Преувеличено громко и серьезно сказал Сарид, сам же еле сдерживал смех. Хочет быть шутом, значит, будет им.

Сзади он удовлетворенно услышал перешёптывание слуг. Что ж, теперь у Тривиана появилось официальное звание при дворе. Глаза мага сияли. Только было непонятно от чего, то ли от радости, то ли от еле сдерживаемого смеха.