Клан голубых кошек. Трилогия

Вставать было мучительно трудно, и путь до окна в каких-то пару метров показался мне непреодолимым препятствием. Но стиснув зубы, хватаясь за кровать, а затем и за стенку, я смогла пройти это расстояние.

Это был пчело-человечек. Он стоял в ночи и стучался в окно. Я даже сразу и не сообразила, что это он, так как темнота на улице показывала лишь человеческий силуэт.

Я открыла окно, и пчело-человек переместился в мою комнату.

Я с грустью посмотрела на свои новые кандалы и на него.

– Я не смогу тебе помочь, мне жаль.

На мне теперь вот это и я даже из собственной комнаты в гостиную не могу выйти без разрешения моего х… – слово "хозяин" застряло у меня на языке, я обняла себя в защитном жесте и отвела глаза в сторону.

Было стыдно даже перед этим непонятным существом. О своей боли и унижении никому и никогда не хотелось рассказывать.

Я ощутила прикосновение, наверное, пару дней назад взвизгнула бы, но сейчас лишь посмотрела на своего безмолвного жужжащего собеседника. Его псевдо палец осторожно касался моей руки.

Затем его рука изменилась и превратилась во что-то напоминающее нож, которым он сделал вид, что режет запястье другой руки. Капли псевдо-крови из жужжащих пчел начали капать ему на запястье второй руки, которая опять изменилась и показала разваливающийся псевдо браслет. Затем он поднес свою руку к ногам к каждой по очереди и вновь повторил свою пантомиму.

Я внимательно проследила за этим действом и уставилась на пчело-человека с удивлением.

– Ты хочешь сказать, что моя кровь способна избавить меня от этих браслетов?

Пчело-человек активно закивал своей головой с такой силой, что она опять начала рассыпаться.

Я внимательно осмотрела свои покои, но ножа в них не было, был лишь канцелярский нож, но до него мне было не добраться, ведь он лежал в кабинете, а я даже из комнаты выйти теперь не могла.

Но потом я вспомнила о собственных когтях. Вчерашнее воспоминание о том, как Сарид выбивал из меня обещание больше даже не думать об обращении, вновь болью отозвалось в моем сердце.

Но мне уже было все равно. Если пчело-человек прав, то я смогу освободиться. Я прикрыла глаза и представила себя кошкой. Когда открыла, то сразу же ощутила, как вся боль в моем теле пропала.

Со злостью полоснула по запястью когтем и направила капающую кровь на браслет, даже не почувствовав боли. Мысль о том, что если бы я обратилась сразу же, то физической боли давно бы не было, старалась не развивать.