Властелин Пыли

Обморок с ней случился только однажды, когда она узнала, что её дочери, первокурснице биофака, аист собирается принести Наташу.

Когда дети привели домой Тигрушу и Афоню, бабушка была ещё в магазине, а собачка Мушка лежала под столом в кухне и дремала. С Мушкиной точки зрения кухонный стол был самым важным предметом в доме, и она предпочитала не отходить от него слишком далеко. Услышав голоса, Мушка поднялась и отправилась в коридор посмотреть кто пришёл.

Увидев Тигрушу и зайца Афоню, она от неожиданности издала негромкое протяжное «у-у», что делала всегда, когда была чем-то сильно испугана.

Но потом собачка осмелела и, виляя хвостиком, стала обнюхивать Тигрушу с явным намерением с ней подружиться. Мушка была собачкой очень маленькой, а когда ты такой маленький, важно со всеми жить в мире.

– Добрый день! – поздоровался с Мушкой вежливый Афоня. – Как ваши дела?

Мушка ничего не ответила, но попыталась лизнуть зайца в нос. Афоня подскочил от неожиданности. Он не привык, чтобы при первой встрече незнакомые собачки бросались к нему целоваться.

– Как тебя зовут? – спросила у неё Тигруша. Мушка молча виляла хвостом. – Какая-то ты неразговорчивая! Или, может быть, ты глухонемая?

Неожиданно Мушка разразилась таким звонким лаем, что Тигруша закрыла лапками уши, а заяц Афоня спрятался за холодильник. Наташа давно заметила, что Мушка умеет лаять так же заливисто, как Стёпка – реветь. Девочка даже сделала собственное научное открытие, согласно которому чем существо меньше, тем более пронзительные звуки оно издаёт.

«Тогда если верить тебе, то громче всех вопить должен таракан, потому что он самый маленький», – засмеялся папа.

Когда Мушка перестала лаять, Тигруша отняла лапки от ушей:

– Кажется, перед нами обыкновенная неговорящая собака. Мыльный Человечек говорил, в некоторых неволшебных мирах такие встречаются.

Афоня принюхался.

– А я проголодался! – сказал он.

Оказалось, гости не прочь перекусить после всех перенесённых волнений. Наташа повела их в кухню.

– Мне молока! И побольше, побольше! – попросила Тигруша.

Девочка налила в блюдце молока, и Тигруша, фыркая, стала его лакать. Когда она оторвалась от блюдца, по её усам и подбородку стекали молочные капли. Тигруша облизнулась и довольно прищурилась.

– Я не думала, что тигры любят молоко, – произнесла Наташа.

– Молоко все любят, – заметила Тигруша. – Во всяком случае все, у кого на это хватает ума.

– А что любят кактусоухие зайцы? – спросил у Афони Стёпка.