Я тебя не отпущу…

Только так ты поймешь, что кому-то рядом с тобой больно или плохо.

– Наверное, ты хотел сказать «человеческая»? – поправляю его я.

– Нет, именно «человечная». Все мы «человеки», но не все «человечны», – философски вздыхает он. – И я очень рад, что ты не только человек, но еще и человечна, сейчас такое качество очень редко встретишь.

Все эти слова он шепчет мне почти на ухо, шевеля горячим дыханием волоски на виске. Одна его рука всё крепче и крепче прижимает меня к его телу, второй же он управляет, держа мою ладонь на весу.

И чувствую я себя в его руках невесомой, хрупкой куколкой. Вроде бы и не здоровенный он мужик, я бы сказала – худощавый и жилистый, и не слишком высокий. Однако силы в его руках… очень много. Если захочет удержать, не смогу вырваться.

Мурашки табуном ходят по позвоночнику, туда и обратно, растекаясь, что стадо баранов без пастуха, по всей спине, и всей своей ордой постепенно завоевывают территорию, все ближе и ближе подбираясь к пояснице.

Возбуждение в меня ударило с такой силой, да так резко, что если бы Мистер Икс меня не держал, то точно бы на ногах не устояла.

Или это не возбуждение, а вино? Да кто его разберет… Но я поплыла.

– Я, кажется, перепел, птичка такая есть, и сейчас упаду, – хихикаю я, уткнувшись носом в плечо мужчины и вдыхая невероятно вкусный запах его парфюма.

Пытаюсь сообразить, когда это я умудрилась так опьянеть? Неужели вино оказалось настолько крепким? Вроде бы только что говорила нормально, соображала даже, но…

Додумать мне не дает Мистер Икс.

Обе мои руки оказываются на его плечах, а его ладонь спускается медленно по спине, сгоняя мурашек вниз, к самой попе. Вторая же зарывается мне в волосы на затылке, так хорошо там путается, и мне хочется застонать.

– Я тебя держу, расслабься. Это вино очень коварное, я тоже слегка захмелел, – говорит мне Мистер Икс, вновь опаляя своим горячим дыханием ухо. – Ох, как же мне маска мешает, хочу попробовать твою кожу на вкус.

– И я хочу, – говорю я, шалея от собственных слов, и тут же пытаюсь дернуться из рук мужчины, но он держит крепко.

У меня внутри все так сладко переворачивается, что я опять еле-еле сдерживаю стон.

Наваждение какое-то. Мысли путаются.

– Тогда идем, – говорит он и, резко лишая меня своего тепла, крепко держа за руку, ведет к нашему столику. Сдергивает мою сумочку со спинки стула, чуть было сам стул не уронив, и, продолжая цепко держать за руку, ведет на выход.