Вниз по Причуди. Продолжение бестселлера «Вверх по Причуди и обратно»

Мы ничего не сможем сделать.

– Тогда придётся идти пешком, – мрачно ответил Вьюнок, – и оставить все наши запасы на борту. Печально, но другого выхода нет.

Поблизости не было видно ни птиц, ни зверей. Казалось, ручей покинули все его обитатели. Меум и Морошик ушли за поворот ручья и скрылись из виду. В трёх футах от корабля в промоине галечной отмели, куда их выбросило течением, бились и плескались два гольяна, а в другой маленькой заводи Тысячелист приметил около двадцати рыбёшек, отчаянно пытавшихся выбраться из западни.

– Во всяком случае, завтрак нам обеспечен, – сказал Вьюнок, спускаясь по перекинутой за борт верёвочной лестнице. – Мы вполне можем позавтракать свежей рыбкой. Приготовим завтрак, пока Меум и Морошик не вернулись.

Поймать несчастных гольянов было секундным делом. Гномы отнесли их на корабль, Тысячелист проворно разжёг огонь в очаге, и когда Меум и Морошик поднялись на борт, их уже ждал превосходный горячий завтрак.

Меум и Морошик вернулись с хорошими вестями. Всего в сотне ярдов[13 - Чуть более 90 метров.

– Если бы нам только удалось проплыть дальше, мы бы оказались в безопасности, – сказал Меум. – Может, попробуем ещё раз вывести «Джини Динс» на воду?

Но Белка отрицательно покачала головой.

– И не надейтесь, – произнесла она. – Даже если бы мы все вместе стали толкать корабль, то не смогли бы сдвинуть его с места.

– Что ж, без толку волноваться, – сказал Вьюнок. – Давайте позавтракаем, а потом всё обсудим. Ещё довольно рано, солнце едва показалось, и, может быть, мы что-нибудь придумаем.

Они энергично принялись за еду, и вскоре все гольяны были съедены, а Белка, которая не любила рыбу, схрумкала невероятное количество орехов.

Трапеза уже подходила к концу, когда снаружи внезапно раздался стук: кто-то стучал по корпусу корабля. Вьюнок осторожно выглянул в иллюминатор и издал радостный вопль: он увидел знакомую мордочку выдры.

Гномы мигом выскочили из кают-компании на палубу. К их радости оказалось, что эта зверушка приходилась родственницей той самой Выдре, которая была добрым другом гномов и так печально закончила свои дни в Вороньем лесу, погибнув от рук жестокого великана Громобоя. Эта выдра была упитанной и рослой, но выглядела крайне обеспокоенной.

– Я направляюсь вниз по течению, – сказала Выдра.