Возвращение Дракона Эндера

Позади него был туннель. Скрытый в темноте, очень узкий, едва достигавший двух кубов шириной, – скорее лаз, чем туннель.

А крипер был уже в нескольких кубах от него.

Вариантов выбраться отсюда у Фрижеля было немного. Риск, конечно, существовал, но Фрижелю было некогда взвешивать все за и против. Он ударил по криперу, вложив в этот удар всю свою злость и силу. Зеленоватое убожество отступило на три шага назад, издавая свист. Подросток тем временем закинул свой мешок в туннель и устремился следом.

– Флуффи! – крикнул он.

И без лишних слов, очень быстро он пополз по туннелю.

Бабах!

Взрывная волна накрыла узкий лаз, оглушив Фрижеля на несколько минут. Уши пострадали больше всего: в них трезвонили колокола и кроме звона сейчас он слышал только стук сердца в висках. Судя по всему, Флуффи полз за ним – он чувствовал, как тот лапами скребёт его ботинки, – но посмотреть назад он не мог: туннель был настолько узок, что не было возможности повернуться и убедиться в том, что всё нормально.

В конце туннеля мерцал слабый свет.

Он пополз дальше, подбадривая друга:

– Флуффи, за мной! Не отставай! Всё будет хорошо!

Но он не знал, следует ли пёс за ним, слышит ли его. Голос терялся и застревал в голове, как в блоке шерсти.

Выбравшись из туннеля, он даже не дал себе времени оглядеться, чтобы понять, где оказался. Он тут же наклонился над входом и пробормотал:

– Флуффи!

Но лаз казался столь же тёмным и необитаемым, как Эндер.

– Флуффи! Иди ко мне, дружище! – вновь позвал он.

А в ответ тишина.

Звон в ушах превратился в тонкий, резкий и нестерпимый свист, который перекрывал все остальные звуки.

– Флуффи! – завопил Фрижель, придя в ужас от того, что потерял друга.

Схватив кирку, он принялся с остервенением долбить камни, чтобы увеличить входное отверстие.

И тут показалась белая морда.

Фрижель схватил пса, прижал к себе, тискал, обнимал его, чувствуя, с какой бешеной скоростью колотится сердце. Он чуть не спятил от радости.

– Флуффи? – спросил он. – Ты как? Всё в порядке, Флуффи?

Холодный нос пса коснулся его щеки.

Флуффи не мог наглядеться на своего хозяина, и хотя в его взгляде всё ещё скользила растерянность, в оскале чувствовалось некое подобие улыбки. Хвостом он подметал пыль и всем своим видом показывал, что чрезвычайно доволен. Несмотря на раны, он пережил все эти перипетии с беззаботной радостью. Ведь это было настоящее приключение, и ни в чём другом он и не нуждался.

Фрижель не мог удержаться от смеха.