Возвращение драконов

 – Девушка покачала головой, словно разговаривая с непонятливым ребёнком. – Я хочу сказать, уже произошло слишком многое, чтобы кто-то задумался об открытом бунте. – Она сделала многозначительную паузу. – Беспощадные казни в Аргемо, радикальное усиление военного присутствия, а теперь трибунал, – перечислила она.

– Но, если бы все объединились… – напряжённо произнёс Фло.

– Тогда они, возможно, справились бы, – продолжила Падима. Фло довольно улыбнулся, но она тут же продолжила: – Но, вот ты, например, готов положить начало мятежу? – Она бросила на него резкий взгляд.

– Кто, я? – потрясённо ответил мальчик. Какое отношение он имеет ко всей этой истории?

– А почему нет? – ответила Падима. – Ты осуждаешь действия императора и веришь в победу народа, и в этом уже превосходишь многих других. Значит, ты самый подходящий кандидат, чтобы возглавить борьбу.

Фло ощутил, что она хочет его спровоцировать, но не хотел поддаваться просто так.

– Но чего я могу добиться? Я никого здесь не знаю.

– Ты можешь убедить Геррика, – предложила Ведунья. – Ты можешь распространять листовки, ты можешь открыто призывать к сопротивлению, ты можешь ради своих убеждений перенести любые пытки и в конце концов умереть.

Фло побледнел и непонимающе посмотрел на неё.

– Возможно, это пробудит всех остальных, – безжалостно продолжала Падима. – А если твоей смерти будет недостаточно, возможно, хватит смерти Геррика, или Целиссы, или Кейлы, а может быть, даже моей, ведь нас здесь знают лучше.

Мальчик благодарно взял её, чтобы согреть внезапно похолодевшие руки.

– Но почему вы все должны умереть? – дрожащим голосом спросил он.

– Потому что между тобой и нами существует связь.

– Даже если ты совершенно невиновен? – испуганно прошептал он.

– Разумеется. Но что делать. – Она пожала плечами. – В конце народ, возможно, победит, так что всё окажется не зря. Итак, когда ты начнёшь?

Фло бросил на неё сердитый взгляд.

– Ну ладно, я понял, – буркнул он.

– Хорошо. – Девушка довольно кивнула. – Мне не хотелось бы, чтобы ты совершил какую-нибудь глупость.

– Просто… так ведь мир никогда не станет лучше, – разочарованно произнёс Фло.

– Наверное, нет, – задумчиво согласилась Падима. – Но вот в чём дело: даже если у многих почти ничего нет, большинству всё равно есть что терять.