Моё чудовище

У неё вряд ли получилось бы точно описать аромат, только если собственные ощущения.

Вообще-то она не обнюхивала его специально – она же не больная – просто почувствовала, когда немного пришла в себя и снова начала адекватно воспринимать реальность.

– Положить куда или подойдёшь возьмёшь? – нетерпеливо поинтересовался Дымов.

Он совсем не терпел необъяснимых, бессмысленных, по его мнению, пауз, а Бэлла ещё даже не решала, как поступить, просто стояла на месте и рассматривала.

Потому что тогда вечером она была слегка не в себе, а утром еда её куда сильнее интересовала, а потом… Кажется, она больше его и не видела, и понятия не имела, когда он опять пришёл.

– Эй, Белка, ты опять спишь? Даже стоя.

– Я не сплю, – привычно огрызнулась она.

И что это вообще за «Белка»? Взрослый мужик, а нормально назвать не может.

Она решительно подошла, рывком забрала одежду, но у Дымова в руках осталось ещё кое-что.

Раньше его почти целиком скрывала обвисшая по краям матерчатая стопка, и Бэлла просто не замечала, не обращала внимания, а теперь мгновенно, без труда определила, что это – по внешнему виду. Но оставалось совершенно непонятным, почему он здесь и зачем.

Она хотела спросить – хотя бы уточнить, правильно ли догадалась – но Дымов опередил, посмотрел, чуть нахмурив брови, но не из-за того, что сердился, произнёс:

– Ты извини, что я с тобой так.

Бэлла даже растерялась, вскинулась недоумённо.

Перед ней никто никогда не извинялся. По крайней мере она такого не помнила. Да и сама она никогда не извинялась. По-настоящему. Если только совсем уж обстоятельства вынуждали, делала вид, что сожалеет и раскаивается, выдавливала из себя полагающиеся слова. А Дымов… вроде бы искренне.

– Даже не представлял, – продолжал он, – что ты можешь воды бояться. Но с того края действительно неглубоко, стоять можно.

 – А потом протянул ей тёмно-серый, почти чёрный, матерчатый кофр. – Вот. Пользуйся пока.

Бэлла даже головой немного помотала – растерялась ещё сильнее и не верила. Хотя, конечно, это не подарок, она ясно услышала «пока», но всё равно. Ведь наверняка не какой-то дешёвый фотик из тех, которыми давно уже почти никто не пользуется, потому что сейчас всем хватает и телефона.