Моё чудовище

Она уточнила недоверчиво:

– Ты тоже с нуля?

– Нет, конечно, – возразил Дымов, потом ещё заявил на полном серьёзе: – У меня папа – миллионер.

Прикалывается? Или на самом деле?

Да ну нафиг! У неё скоро уже голова распухнет и лопнет от вопросов, от бесконечных попыток разобраться и угадать настоящие значения и причины его слов и действий. Все богатые такие зануды?

Ей всегда казалось, они другие: презрительные, высокомерные, отстранённые, одетые во всё новое и самое дорогое, чтобы сразу становилось понятно, сколько денег на это потрачено.

Они прямо с утра уже при полном параде – и макияже, если это тётки – словно каждый день у них – официальный приём. А дома всё так обустроено, чтобы выглядело, как во дворце, и сразу приходило на ум слово «роскошно», а не просто красиво или удобно. Да даже еда у них не обычная, а особенная.

Вот бабушке никогда бы не пришло в голову готовить с утра венские вафли, да ещё раскладывать их по порциям, оформлять ягодами и кремом. Хотя это, наверное, не сложно, если есть вафельница, но зато очень вкусно.

Бэлла бы и от второй порции не отказалась. Растолстеть она не боялась, а реально же – объеденье.

Она посмотрела на Дымова, потягивающего кофе, и когда он обратил на неё внимание, ткнула вилкой в остатки последней вафли на своей тарелке, спросила:

– А почему ты это не ешь?

– Не знаю… – он по-честному задумался, пожал плечами, – как-то… – И под конец уверенно вывел: – Я больше мясо люблю.

Мясо и она любила. Ещё как.

– Но это ведь тоже вкусно.

Дымов сосредоточенно свёл брови, чуть наклонил на бок голову.

– Ну хорошо, отрежь немного.

Бэлла отпилила ему уголок, Дымов подхватил вилку, насадил на неё выделенный ему кусок.

– С кремом, – распорядилась Бэлла, указала на тёмный шарик ежевики. – И с ягодой.

Дымов послушно насадил на вилку и его, отправил в рот, закивал, жуя, потом заключил:

– Ну, вкусно в принципе. – Потом с сомнением наморщил нос и признался чуть виновато: – Но я всё-таки лучше бутер.

Бэлла повернула голову и увидела домработницу.

Та стояла в дверном проёме, привалившись плечом к косяку и просто смотрела, едва заметно улыбаясь. Или ухмыляясь. Словно наблюдала за чем-то забавным, или интересным. Как будто ей тут кино показывали.

– Всё, я пошёл, – поднимаясь со стула, сообщил Дымов, глянул на часы. – А то у меня встреча скоро. – Потом на Юлю, напомнил ей: – Про магазин не забудьте.

Та кивнула.

– Про какой магазин? – поинтересовалась у неё Бэлла.